Внезапный реванш радикальных исламистов в северных районах Ирака в июне 2014 года дал толчок обсуждению возможности сотрудничества США и Ирана по иракскому вопросу. Учитывая, что режим Нури Аль-Малики поддерживается одновременно американцами и иранцами, а бойцы группировки Исламское государство Ирака и Леванта (ИГИЛ) могут считаться противниками и тех и других, американские аналитики пришли к выводу, что кооперация между США и Ираном необходима "разрядка". Эксперты ведущих американских и британских изданий отмечают, что Иран остается "островком стабильности" на Ближнем Востоке и что Тегеран и Вашингтон имеют общие стратегические цели на Ближнем Востоке: подавление суннитского радикализма и стабилизация ситуации в регионе.
Госсекретарь США Джон Керри, комментируя возможное сближение с Тегераном, описал условия такого сотрудничества: "Мы открыты для любых конструктивных процессов, которые могут свести к минимуму насилие, сохранить Ирак, его территориальную целостность, и выявить присутствие иноземных террористических сил, разрывающих страну". В схожем ключе мыслят и британские партнеры американцев, также ощущающие ответственность за происходящее в Ираке. Министр иностранных дел Великобритании Уильям Хейг подтвердил намерение вновь открыть британское посольство в Тегеране.
Условия для тактического сближения США и Ирана действительно сложились, однако они не меняют сущности отношений двух стран. Кроме того, стабильность шиитского правительства в Багдаде, территориальная целостность Ирака и борьба с ИГИЛ - все это по-настоящему интересует только Тегеран. Вашингтон может примириться с появлением на территории страны трех независимых государств (шиитского, суннитского и курдского), и даже с усилением ИГИЛ, воюющей против войск Башара Асада в Сирии. Поэтому заявления американцев о возможности привлечения к урегулированию в Ираке Тегерана свидетельствуют о готовности использовать иранское влияние в своих интересах.
Американская политика на Ближнем Востоке последнее время не знает успехов. Вашингтон нередко оказывается не готов к развитию событий или делает неверную ставку, которую позже приходится менять. Это ведет к стратегическому оппортунизму (как в кризисах в Египте и Сирии) и отсутствию результатов (посреднические усилия в палестино-израильском урегулировании). Поэтому попытка использовать ресурсы Ирана в Ираке нацелена на исправление в целом безрадостной картины и укрепление репутации США на Ближнем Востоке.
Вашингтон рассчитывает, что возможный успех в переговорах по ядерной программе Ирана станет доказательством лидерской и миротворческой роли США в регионе, а урегулирование в Ираке при иранском участии должно стать подтверждением того, что США держат ситуацию под контролем. Лично для Барака Обамы и Джона Керри - это едва ли не последний шанс оправдать свою внешнюю политику на Ближнем Востоке и оставить важное для любого американского политика "наследие".
Несмотря на заинтересованность США в таком развитии событий, сближение в полной мере вряд ли возможно. По иракскому вопросу Иран будет стремиться действовать самостоятельно. Возможный американский авиаудар по позициям исламистов мог бы облегчить задачу, однако Багдада и Тегеран справятся и без него. Важно то, сотрудничество с Вашингтоном навредит имиджу Тегерана в регионе. В июне 2014 года заместитель министра иностранных дел Ирана Хосейн Абдоллахиян заявил: "Мы не обсуждаем с американцами последние события в Ираке, и не нуждаемся в сотрудничестве с США в этом вопросе". В конечном счете, кризис в Ираке позволяет Тегерану укрепить свое влияние в этой стране, наладить контакты с представителями иракских курдов и ослабить ИГИЛ.
Возможный поворот США в сторону Ирана вызывает озабоченность американских партнеров в регионе (в первую очередь Израиля и Саудовской Аравии) и сомнения в политических и экспертных кругах в Вашингтоне. Возможный кандидат на пост президента от Демократической партии Хилари Клинтон отметила, что в отношениях с Ираном нужно "четко понимать, во что мы ввязываемся". Аргументы против сближения с Ираном состоят в том, что это усилит позиции Тегерана в регионе и негативно отразится на репутации Вашингтона в регионе. Эксперты опасаются, что в результате США могут потерять рычаги давления на Тегеран по вопросу о ядерной программе и окончательно упустить инициативу в сирийском конфликте.
Несмотря на замечания политиков и экспертов, весьма вероятно американская администрация продолжит начавшееся еще до иракских событий сближение с Ираном. Политика Барака Обамы продолжает быть конъюнктурной: вместо реализации долгосрочной стратегии, США вынуждены реагировать и использовать текущие обстоятельства. "Разрядка" в отношениях с Ираном также носит инстинктивный и тактический характер. При этом такой шаг трудновыполним и не так выгоден, как представляется в Вашингтоне. Ввиду особого международного статуса США и регионального положения Ирана даже постановка вопроса о пересмотре отношений отразится на развитии ситуации на Ближнем Востоке.
Иван Константинов
www.foreignpolicy.ru/
