Это невероятно, но спустя одиннадцать лет, находясь в командировке в большом и шумном городе, я совершено случайно встретился с Александром.
Я просто так бродил по городу, и мы столкнулись с ним почти лоб в лоб на улице.
Я сразу узнал его, хотя и не видел много лет. Внешне он почти не изменился, но выглядел уставшим и надломленным.
И было ему уже 43 года. Мы были рады встрече и договорились вечером посидеть в кафе, вспомнить молодость.
Сначала был разговор на общие темы, когда выпили, он разговорился.
Живет один, женат не был, в основном занят работой, он ее почти полюбил. Вечерами читает Бунина, иногда ходит в театр, слушает классическую музыку и старинные романсы.
Он все же осуществил свою мечту – жить в большом и шумном городе.
С женщинами встречается редко, выпивает тоже редко, ресторанная жизнь его больше не влечет.
Практически он стал другим человеком.
Я был удивлен его переменам, и он мне рассказал, как пришел к этому.
«Это было десять лет назад, – начал свой рассказ Александр. – Я ехал в поезде, мне нужно было скоро выходить, и уже почти при выходе я увидел сидящую в плацкарте симпатичную жизнерадостную девушку лет двадцати пяти. Помнится, у нее было красивое умное лицо и искрящаяся жизнерадостная улыбка. Я быстро с нею познакомился, ее звали Оксаной. Она сказала, что едет в гости к родственникам во Владивосток на море, а через месяц вернется, на прощание она оставила свой телефон. Я вскоре вышел, сказал, что буду ждать, и буду звонить.
Летел я тогда домой, как на крыльях, и теперь понимаю, что счастлив я был в своей жизни только те пять минут, когда разговаривал с нею и когда смотрел на нее.
Я понял, что она нужна мне больше, чем кто-либо и когда-либо. Я хотел видеть её и слышать ее – всегда и везде и всю жизнь. Тогда я не сомневался в том, что был бы счастлив с нею.
Это был самый долгий месяц в моей жизни, я ждал ее каждый день, я думал о ней каждую минуту. Иногда я порывался ехать к ней во Владивосток, но не знал, куда именно нужно ехать.
Как-то в кругу друзей я сказал, а не получится ли так, что она выйдет там замуж. Все засмеялись и сказали, что она двадцать пять лет замуж не выходила, а тут выйдет. «Конечно, нет, эта вероятность даже ни один из ста, а один из тысячи,- сказали они,- и меня это успокоило – на время».
Наконец этот день настал, я, конечно, звонить начал раньше, но она приехала во время – ровно через месяц.
Она не сразу поняла, кто ей звонит, спросив: «Какой Саша?.. А... в поезде. Ну приходите, и назвала адрес».
Я купил большой букет роз и направился к ней, но я уже шел с нехорошим предчувствием, ведь она меня не узнала, меня почти забыли... А я ведь помнил о ней каждый день.
И вот я позвонил, мне открыли и я зашел и вручил букет и мне предложили сесть, указав на стул.
Разговор наш был недолгий, если представить себе комнату, в которой лежат разбросанными тысяча карт, то я вытащил ту единственную и роковую. Предчувствия меня не обманули, она вышла замуж, слабым утешением могло послужить лишь то, что она вышла замуж за своего старого знакомого, с которым была в ссоре, но он приехал к ней во Владивосток и они помирились и прямо там заключили брак, в отличие от меня он знал, куда ехать.
Известие о ее замужестве меня потрясло, я еще немного посидел и стал уходить.
Я был потрясен и подавлен. Как так, почему? Такое не должно было произойти, но это произошло. Я шел, покачиваясь, хотя и не был пьян, мне было страшно и обидно, мне опять не повезло, надо мной висел какой-то рок.
Мне оставалось единственное – напиться, чтобы не повеситься. Я, конечно, это пережил, но эта история явилась заключительной, она окончательно доконала меня, что-то произошло со мной, я сам почувствовал это, я стал другим.
Я больше никогда не влюблялся, я больше никого не любил.
И вот прошло уже десять лет, и я убедился – эта любовь действительно оказалась последней, она стала моей лебединой песней.
Сейчас по прошествии этих лет, я до сих пор помню этот вечер, но я не помню ее лица, я уже не помню ее искрящейся жизнерадостной улыбки – если я ее встречу, я ее не узнаю, ибо видел я ее всего два раза – по пять минут.
Я еще долгое время вспоминал тот вечер, думая, что я не сделал такого, что она выбрала не меня, а его, что я не сказал такого, почему, почему не удержал ее за эти пять минут?..
«Но ведь она знала меня совсем немного»,- говорил я себе. – Ну и что? Время здесь не имеет никакого значения.
Говорят, более разумные люди делают выбор в пользу тех, кого хорошо знают и не поддаются мимолетным влечениям и эмоциям.
Интересно, а как сложилась ее жизнь?.
Счастлива ли она? С кем она? И где она? Это нетрудно узнать, ведь адрес я ее знаю, но я никогда не зайду в этот дом, и не буду наводить справки, в прошлое не нужно возвращаться и не нужно его ворошить, прошлое нужно скорее забыть, ибо как сказал философ: «Прошлое пустыми глазницами смотрит на нас и отравляет настоящее».
Но теперь я знаю, почему так произошло, почему она выбрала его.
Я был чужой для них всех и для нее в том числе.
Я был чужой на этом празднике жизни. На их празднике. Это не было написано на лбу, но это чувствовалось во всем – в манерах, жестах, взглядах.
А непонятное, чужое – никому не нужно. Его сторонятся. Но эта встреча изменила всю мою жизнь.
Я потерял интерес к жизни, я потерял интерес к любви и потерял интерес к женщинам.
Я еще немного погулял, поразвратничал и успокоился.
Я сейчас живу тихо, практически не живу, так доживаю, но еще остались какие-то силы, какие-то мысли и какая-то жизнь, и еще осталось холодное пустое сердце.
Иногда я думаю, зачем я жил, для какой цели родился, а ведь была она эта цель и была она благородной, но в пылу страстей и страстишек я не понял ее и не увидел ее, всегда успокаивая себя тем, что придет и ее время.
Нет, не придет.
Уже не придет.
Ибо невозможно остаться благородным, всю жизнь занимаясь развратом».
Мне грустно его было слышать, но помочь я ему ничем не мог. Говорить бодрящие фразы о том, что еще вся жизнь впереди и что в сорок лет жизнь только начинается, мне не хотелось.
Но мы все-таки еще поговорили с ним на наши любимые темы – о нашей стране, о политике, о философии.
Александр высказал весьма интересную мысль о том, что национальная идея, которую правители хотят нам придумать и спустить сверху, давно существует и эффективно действует. И давно овладела массами – ее реализацией занимается практически все трудоспособное население страны.
«Воровать и не попадаться, украсть и не сесть» – это и есть наша национальная идея, которая живет и здравствует в каждой особи нашего отечества; да, почти в каждой за исключением немногих – «двойная бухгалтерия» – которая существует всюду и повсюду – это ли не яркое тому подтверждение.
Собственно за всю нашу историю – это было всегда, и в те века тоже. Не случайно классик еще двести лет назад произнес знаменитую фразу касательно России: «Воруют».
Так было всегда и так будет еще долго.
Воровать и не попадаться, украсть и не сесть – это вообще-то кредо уголовного мира, но для нас оно стало родным, а по большому счету, какая разница между ними и нами.
Сегодня ты здесь, а завтра там, а послезавтра снова здесь, в галстуке и баллотируешься на пост губернатора, и за тебя голосует большинство голосующего населения, значит, если мы их поддерживаем – мы ничем от них не отличаемся, значит, мы такие же как и они.
И судят у нас не за то, что украл, а за то, что попался, ведь не судят же тех, кто украл, а не попался.
Вот такие интересные мысли я услышал от него.
Как я понял, он окончательно разочаровался и даже не в женщинах, хотя и в них тоже, а в жизни – нашей реальной жизни – поэтому он старался поменьше соприкасаться с нею – имеет минимум знакомых, в свободное время с людьми старается не общаться – слушает музыку, читает книги – он за этим прячется от нашей жизни, от наших суровых реалий. Он не хочет видеть ее такой, какая она есть, поэтому прячется от нее.
Расставались мы по-дружески. Обменялись телефонами и, кто знает, может еще свидимся в этом мире – мире страстей и разочарований...
Бийск 1995 г.
