- В ближайшее время парламенту придется обсуждать новый механизм выборов в Государственную думу. Много споров вызывает вопрос о том, будет ли вся Дума избираться по партийным спискам или какая-то ее часть (1/5 или 1/4) будет состоять из депутатов, избранных по одномандатным округам.
- Нельзя дать стопроцентно точный ответ на этот вопрос, окончательное решение ведь принимает сам законодатель. Но в законодательной инициативе, которая будет внесена в ГД в ноябре президентом РФ, будет, я думаю, только пропорциональная система.
- А не лишаем ли мы тем самым людей, далеких от партий, желающих остаться беспартийными, пассивного избирательного права?
- Мы предусматриваем возможность для тех, кто по каким-то причинам не вступает в партию (хотя у нас богатый выбор: не две-три, а более 40 партий), выдвинуть свою кандидатуру для включения ее в федеральный список кандидатов. Для этого человек должен заявить о своем желании участвовать в выборах, и если его инициативу поддержат 10 членов той партии, программные установки которой этот гражданин разделяет, то на региональной партийной конференции просто обязаны рассмотреть это самовыдвижение.
- Но решение ведь может быть отрицательным?
- Да, может. Но полагаю, что, во-первых, создается механизм реализации пассивного избирательного права каждого гражданина. А во-вторых, сегодня каждая партия испытывает острый дефицит авторитетных людей, которые могут привлечь голоса избирателей. И если такой самовыдвиженец действительно может повысить интерес к партии в том или ином регионе, то партии очень выгодно включить таких людей в свой список. Поэтому надеюсь, что данный механизм будет реализован на практике. В то же время ни в одной стране не существует абсолютного права каждого человека быть зарегистрированным в качестве кандидата в высший представительный орган власти.
- Всегда имеется определенная система отбора: подписи, залоги, рекомендации. К тому же не только залог, но и процедура сбора подписей всегда связана с большими расходами для кандидата. То есть и сейчас существует определенный имущественный ценз, не позволяющий многим баллотироваться в Думу.
- Правильно. Именно поэтому пропорциональная система широко распространена во многих странах мира. И во всех государствах, которые переходили от тоталитарных или авторитарных систем к демократии, именно такая система стимулирует становление партий. А мы переживаем как раз такой период. Не будет у нас сильных партий, не будет и сильного парламента, представляющего и защищающего интересы значительной части общества.
- Трудно согласиться только с одним вашим тезисом, прозвучавшим недавно на международной конференции "Политические права и свободные выборы". Вы сказали, что на выборах в одномандатных округах широко использовался так называемый административный ресурс. А разве на выборах по партийным спискам он не применялся?
- Я имел в виду, что можно более эффективно использовать административный ресурс в интересах того, кто его использует, при мажоритарной системе, чем при пропорциональной. Возьмем пример из истории соседнего с нами государства - Украины. Когда там проходили парламентские выборы по смешанной системе, никаких серьезных споров и протестов относительно результатов по пропорциональной системе не было. Они объективно отражали расклад сил в обществе. В то же время в одномандатных округах там в основном прошли в парламент только те, кто был в ладах с властью. Это факт, который и стал движущим мотивом для введения на Украине чисто пропорциональной системы. Причем инициатором такого изменения закона стала оппозиция.
Как эксперт я предупреждал их, что при этом надо сделать более демократическую систему выборов, не дающую максимум власти партийным руководителям. Иначе будут дискредитированы сами партии (это мы уже наблюдали в Италии в 90-x годах ХХ века). Украинцы к таким рекомендациям не прислушались, мы же пытаемся избежать этих подводных камней.
- Возвращаясь к нашим реалиям, можно сказать, что в первую очередь надо учесть стремление многих партий использовать в агитационной кампании так называемых свадебных генералов, в частности региональных лидеров, которые возглавляли партсписки, но в Думу не пошли.
- Вот мы и предлагаем защиту от такого обмана избирателей. Если человек взял обязательство идти на выборы, быть лицом партии в ее списке, то за его отказ от мандата без вынуждающих обстоятельств партия должна нести ответственность, заключающуюся в потере этого мандата.
Вообще на выборах по партийным спискам есть две основные опасности: первая заключается в том, что федеральные государственные СМИ могут использоваться в интересах одних партий и против других, а вторая- сосредоточение полноты прав в руках партийных руководителей. Необходимы страховочные механизмы и по СМИ, которые позволяют стимулировать внутрипартийную демократию, в том числе и в вопросах выдвижения кандидатов, создания избирательных фондов региональными отделениями партий. И сейчас мы такие механизмы предлагаем.
- А как быть с так называемым императивным мандатом? Будет ли позволено депутату, избранному по партсписку, переходить из одной фракции в другую?
- Что касается элементов императивного мандата, которые имеются в наших предложениях, то это предмет для обсуждения. Я хотел бы, чтобы было ясно, почему мы внесли эти элементы, которые очень редко применяются в Европе. Известен только опыт Португалии, где переход депутата, избранного по списку одной партии, в другую партию не допускается и влечет прекращение депутатских полномочий. Мы сейчас предлагаем именно этот механизм для обсуждения, поскольку у нас главная проблема на выборах - отсутствие демократических традиций, политической культуры, слабость партий и негативное отношение к ним в обществе, которое будет только возрастать, если мы сейчас не сможем договориться об ответственности партий и депутатов за подобные перебежки из фракции во фракцию. Зачем куда-то переходить, если можно критиковать свое партийное руководство, не голосовать так, как оно требует, чувствовать себя личностью (депутатом, избранным народом) и не нести за это никакого наказания по закону. Но уж если ты мечешься из одного объединения в другое, то не забывай, что на выборах ты был поддержан избирателями вместе с партией.
Предлагается сегодня и вторая идея, открытая для дискуссии. Нет ли опасности, что некоторые избранные по партийным спискам депутаты уже завтра забудут о своих избирателях, перестанут общаться с ними где-то в провинции? Одномандатник хотя бы понимает, что в этом случае его "прокатят" на следующих выборах. Вот мы и предлагаем другую систему как составления списков и распределения мандатов в зависимости от поддержки избирателей в регионах, так и ответственности за работу с избирателями. Народный избранник по региональному партийному списку должен, как и одномандатник сейчас, выезжать в свой регион, открыть там свою приемную, назначить помощников, которые вместе с ним по закону о статусе депутата будут осуществлять связь с избирателями. Если же он систематически игнорирует это требование закона, если он предпочитает только Москву и кататься по разным странам, но забывает о своем регионе, разве это не может быть основанием для постановки вопроса о прекращении его полномочий?
- Но это практически возврат к советской системе представительных органов. Осталось только возродить наказы избирателей...
- Извините. Ни о каких наказах речи нет. А говоря о природе появления императивного мандата, мы помним, что это понятие связано с Парижской коммуной. Мы предлагаем меры, которые не должны трактоваться более широко. Должны же быть у партии и избирателей меры воздействия на депутатов, которые полностью забывают о своем депутатском долге. У нас, между прочим, именно такое поведение некоторых парламентариев вызывает отрицательное отношение к депутатскому корпусу.
- Конечно, если депутаты не утруждают себя даже участием в голосовании.
- А когда ни партия, ни сами граждане ничего не могут сделать с такими депутатами до следующих выборов, которые будут через несколько лет, соблазн только наслаждаться своими привилегиями велик. Мы понимаем, что предложенный механизм небесспорный. Но думаем, что по обращению партии или группы граждан численностью не менее 100 человек за систематическое неисполнение своих обязанностей по работе в регионе депутат может быть решением Верховного суда лишен своего мандата. Причем если такие нормы будут действовать, то, я полагаю, они никогда не будут применяться. Никто не захочет давать суду основания для своего изгнания из парламента.
- То есть для вас эти нормы об ответственности не являются принципиальными?
- Если их отвергнут, концепция закона не разрушится. Но мы все же хотим, чтобы существовал стимулятор для работы с избирателями и во фракции. Рассчитывать на одну порядочность всех 450 депутатов, как показывает практика, наверное, иллюзия.
- А вы согласны с заявлениями многих политиков и даже судей Конституционного суда, что сама по себе та или иная система выборов не может быть плохой или хорошей? Но если мы повысим минимальную численность партий до 200 тысяч членов, а заградительный барьер на выборах - до 10 или даже 15%, то любая система станет антидемократической, а сами выборы - несвободными?
- Я полностью согласен с этим. Даже 100 тысяч, даже 50 тысяч - это много. Поэтому мы предлагаем не трогать позиции, связанные с количеством членов партии. У нас есть норма (10 тысяч), которая действует с 2001 года, и она ничем себя не дискредитировала. А в полном объеме закон о политических партиях работает чуть больше года. Так радикально изменять нормы, не рассматривая эту проблему в комплексе, нельзя. И слишком высокий барьер как в федеральном, так и в региональных парламентах тоже недопустим. Максимум можно согласиться с действующей нормой. Вы помните, что 7% - это тоже был компромисс между теми, кто предлагал повысить барьер, и теми, кто хотел его снизить. Два года назад в результате острейшей дискуссии 7% были приняты при условии, что в Думе будут представлены не менее четырех партий и блоков.
- Но вы рекомендуете на региональных выборах установить планку на уровне 5%, а тем временем Москва повышает барьер до 10%.
- Мы считаем, что в столице пошли неправильным путем. Это опасный путь, ведь все признают опасность снижения явки избирателей на выборы. Но высоким барьером мы только отталкиваем миллионы людей от участия в выборах. Они просто не видят возможности иметь своих представителей в парламенте. Зачем же тогда им участвовать в выборах? Высокий барьер - это не только отторжение избирателей от участия в голосовании, но и сознательное ограничение представительства различных политических сил в выборном органе власти, что искажает саму демократическую суть этого органа. Это, наконец, дискредитация и даже извращение пропорциональной системы выборов. Надеюсь, федеральный законодатель этого не допустит.
- Хотелось бы также знать вашу позицию относительно предлагаемой системы назначения губернаторов. Не ущемляет ли она пассивного избирательного права граждан?
- Есть принципы демократии, которые не должны обсуждаться и пересматриваться. Например, представительный орган всегда должен избираться на прямых выборах. Хотя при наличии двух палат в парламенте одна из них может формироваться и без выборов. Это международно-правовая норма. В то же время исполнительная власть (в мире есть тому масса примеров), высшее должностное лицо могут и не избираться населением. Россия выбрала модель прямой демократии на президентских выборах и закрепила ее в Конституции, и от этой модели нельзя отступать ни в коем случае. Что касается глав исполнительной власти субъектов РФ, то в Конституции однозначного указания на этот счет нет. Есть только ссылка на федеральный закон, который и должен установить систему наделения полномочиями региональных руководителей исполнительной власти. В большинстве стран мира их так или иначе назначают, а не избирают. И если бы у нас не предлагали отказаться от уже существующей несколько лет системы, то и споров об этом не было бы вовсе. Поэтому предложенная президентом процедура может быть реализована в рамках действующей Конституции. Да, это отступление от прямой демократии. Но существует определенная аргументация в пользу такого отступления, она известна. Мы же предлагаем четыре уточнения в предложенный проект закона: застраховаться от коррупционных проявлений при помощи деклараций о доходах и имуществе лиц, которые претендуют на пост губернатора; сохранить ограничение по срокам и не отказываться от запрета занимать этот пост более двух сроков подряд; предоставить партиям право предлагать своих кандидатов для выдвижения президентом РФ; ограничить эту вынужденную меру десятилетним сроком.
- По этому поводу в кулуарах парламента уже ходит анекдот. Дескать, у Вешнякова прямая связь с бен Ладеном, который обещал через 10 лет прекратить свою террористическую деятельность.
- Интересный анекдот. Спасибо, теперь буду знать. Предложения о десятилетнем сроке объясняют тем, что за один цикл трудно оценить целесообразность новой системы назначения губернаторов.
- Если губернаторы станут "назначенцами" президента, то следовало бы прислушаться к предложениям членов Центризбиркома об изменении и порядке формирования Совета Федерации. Иначе сенаторы становятся "назначенцами назначенцев". Но в предложенном пакете этот законопроект отсутствует, не так ли?
- Я согласен, что этот вопрос надо решать. Но мы здесь поставлены в определенные рамки своих полномочий. Мы проанализировали практику применения законодательства о выборах и на основе этого анализа внесли свои предложения. Но выборов членов СФ в этот период не было. И в связи с этим мы официально вносить данный вопрос не стали. К тому же ЦИК вообще не обладает правом законодательной инициативы. А те, у кого это право есть, идею вернуться к прямым выборам членов верхней палаты пока не поддерживают. Это политическая проблема, и решать ее должны сами сенаторы, оценивая эффективность своей работы, Госдума и президент.
- И, возможно, Конституционный суд...
- Такая ситуация действительно может возникнуть, если в КС поступит соответствующий запрос.
- Вы в качестве наблюдателя не первый раз присутствовали на выборах в США. А в сторону какого кандидата склонялись ваши личные симпатии?
- Я как председатель ЦИК и внутри России никогда не говорю о своих симпатиях. Я их так глубоко спрятал, что порой даже сам забываю про них. Тем более некорректно говорить о своих симпатиях, будучи в другой стране в качестве гостя или наблюдателя.
- Это камешек в огород Путина, который поехал на Украину и фактически поддержал одного из главных претендентов на пост президента этой страны?
- В данном случае я отвечаю только сам за себя. И вы давно знаете о моей позиции. Для арбитра в избирательном процессе она другой быть не может.
Константин Катанян
Политический журнал, No 41, 9.11.2004.
