Живём мы, оказывается, в республике, которая входит в "чёрный список" пяти регионов России, где происходит самое страшное: дагестанским журналистам не только "затыкают рот" - они сами "даже не пытаются бороться с цензурой", и ни о какой свободе средств массовой информации здесь не может быть и речи. "Российская газета" (No 257 от 16 ноября 2006 г.) сообщила своим читателям эту новость как результат мониторинга, проведённого в марте-августе 2006 г. Фондом защиты гласности с президентом Алексеем Симоновым во главе.
Неизвестно, кто "промониторил" уважаемого Алексея Кирилловича о нулевой степени свободы дагестанских СМИ. Скорее всего, те из газетчиков, которые способны привлечь внимание читающей публики и обеспечить нужные им тиражи и прибыли разве что громкими шумовыми эффектами. Особенно по поводу их полнейшей независимости и непримиримой оппозиционности по отношению к властям, включая судебную. Логика понятная. Стать властителями дум своих читателей крайне сложно, почти нереально. .Тогда надо защищать свободу слова - незыблемую демократическую ценность. Любое её ущемление настораживает общественность, и всякий выкрикнутый в её защиту "Караул!" наверняка будет услышан. На что, собственно, делается расчёт.
Возникли как-то у одного печатного издания трудности с распространением тиража. Ему бы обратиться в суд с иском к организации-ответчику, как это принято поступать в таких случаях в цивилизованном обществе (несложное арбитражное дело потом завершилось-таки мировым соглашением сторон). Так нет же, понадобилась газете площадная пиар-акция с плакатами и речами на тему "Давят свободу слова!", в очередном номере редакция преподнесла читателям воинственную сентенцию, согласно которой за "свободу" население Дагестана, особенно молодёжь, оставляет за собой право выбора. И чего бы вы думаете? "Выбора формы сопротивления (в том числе и вооружённого) нынешней власти, причём не только республиканской, но и федеральной" ("Черновик", No 38 от 30.09.2005 г.). Кто уполномочил газету на подобные провокации, и на какую ещё сверх этого "свободу слова" она рассчитывала впредь?
Журналисты уже собирали, помнится, в узком кругу круглый стол в связи с тревожным письмом Фонда защиты гласности, якобы адресованным высшим должностным лицам республики. Тогда подтверждением отсутствия свободы слова в Дагестане послужил факт нахождения в судах на рассмотрении 14 дел против журналистов. Это и было названо давлением общественности и власти на прессу. Но ведь граждане обращались с исками к различным СМИ, требуя защиты своей чести, достоинства и деловой репутации, и суды эти иски удовлетворяли! О том, что суды выносили вполне законные и обоснованные решения, сомнений не было. Зато в порядке освещения этих событий в одной из газет художник изобразил трёх баранов за судейским столом близ шашлычного мангала ("МК" в Дагестане", 16-23 июня 2004 г.). В другой, несколько позже, - судья с очевидными атрибутами продажности в руках и в надвинутой на глаза лапахе, в окружении кротких барашков то ли журналистов, то ли "общественности" ("Черновик", No 27 от 15.07.2005 г.), Такая вот интеллигентная свобода выражения мнения, по терминологий европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Или журналистский беспредел, если говорить по-нашему.
Один из еженедельников на своих страницах убеждает Президента России "отмежеваться от судебной системы". Она, мол, похуже всяких микробов, наносит "вред такому большому организму, который называется Дагестаном". Неудивительно, что когда в марте 2005 года "Дагестанская правда" опубликовала статью автора этих строк "Гражданином быть обязан" с подзаголовком "Свобода слова невозможна без независимого суда", некий "гражданин" (так он скромно подписался) с благословения редакции обратил меня в "душителя свободы слова", который в суде требует, страшно подумать, - опубликовать в том же издании ответ на публичные оскорбления и клевету, Законом о средствах массовой информации изданию на это даётся десять дней. Заставить опубликовать свой ответ мне удалось только на восьмом месяце тяжбы.
Но сопровождалось это такими комментариями и дурно пахнущими выкрутасами редакции, что снова и снова приходилось идти в суд. Одно из решений суда не исполняется с марта, другое - с августа. Юристу с полувековым стажем, мне в сущности безразличны квазиправовые выверты и псевдоуважительные в мой адрес эпитеты рано пожелтевшей газеты. Досадно, что газетчики никак не хотят становиться настоящими гражданами и пользоваться благословенной свободой слова с полным осознанием своих обязанностей и ответственности перед обществом и людьми.
Что же касается собственно судебной системы, то не могу не согласиться с автором статьи "Оберегать Фемиду" в той же "Российской газете" (No 224 от 06.10.2006 г.) депутатом Государственной Думы Александром Лебедевым. Он определяет огульную критику правосудия как угрозу национальной безопасности. Не надо рубить сук, на котором сидишь. А Фонд защиты гласности меня, признаться, удивил и озадачил.
Какую, собственно, гласность он защищает? Учитывает ли, что свобода слова - конституционное общечеловеческое право, а не исключительная привилегия людей журналистского ремесла безотносительно к целям, которые они преследуют? Читают ли в Фонде хоть иногда дагестанские газеты, чтобы не оказаться персонажем старого анекдота, в котором "то ли он украл, то ли у него украли в общем грязная история". Хотелось бы получить хоть какую-то информацию по этим вопросам при освещении Фондом результатов своего очередного мониторинга.
http://www.alebedev.ru/
