- Буденновск, Кизляр Первомайское, паром "Аврасия", заложники в Грозном - военный конфликт в Чечне перерос в политический терроризм. Какова его природа, есть ли возможность остановить террористов? На вопросы обозревателя "МН" Санобар Шерматовой отвечает депутат Государственной думы Рамазан АБДУЛАТИПОВ.
- Вы были участником переговоров с боевиками Радуева в Кизляре. На первый взгляд, переговоры были успешными, боевики согласились уйти из Кизляра и на границе с Чечней отпустить заложников. Что же помешало первоначальному плану?
- У меня осталось ощущение, что с нами играли в какие-то игры: власти Дагестана, начавшие по собственной инициативе переговоры в Кизляре, получали из Москвы одни инструкции, военные - другие приказы. Ну объяснили бы сразу нам, депутатам и членам правительства Дагестана: "Уйдите, не мешайтесь под ногами, мы все равно остановим их в Первомайском и уничтожим!"
- За что пострадали новосибирские милиционеры?
- Им приказали не открывать огонь, потому что колонна автобусов должна была пройти мимо их блок-поста. Я не могу советовать генералам - я старшина запаса. Но как прикажете оценить эту военную операцию: колонну машин останавливают в населенном пункте, фактически отдав в руки боевиков 37 сотрудников милиции и сотни мирных жителей? Начинают операцию не сразу, а через три дня, когда боевики укрепились и установили связь со своим штабом.
- Итог: разбомбленное село, убитые и пропавшие без вести заложники, и нам еще говорят: группа террористов ушла. Это пощечина народам Дагестана, если Радуев ушел живым после тех жертв, которые понес Дагестан.
- В таком случае, какие же уроки извлекли из событий в Буденновске?
- Никакими, пусть даже самыми благими целями нельзя оправдать терроризм, потому что цена ему - человеческая жизнь. Я понимаю, когда власти говорят: главное - спасти жизнь заложников. В нашей Конституции записаны слова о ценности жизни человека. Что же получается на деле? В случае, если бы террористы ушли, по нашим горским обычаям, возмездие постигло бы каждого из тех, кто пришел с оружием в Кизляр, захватил рожениц и детей. Ведь это несмываемый позор: по обычаю, мужчины не должны видеть рожениц в течение трех месяцев - только муж имеет на это право. Как быть теперь? С какой целью затевалась операция в Первомайском? Какие аргументы я, как депутат, могу привести своим избирателям в Дагестане?
- Видите ли вы связь между решением о выделении дополнительных средств на антитеррористическую подготовку и затягиванием военной операции в Первомайском?
- Не думаю, что нормальный военный заинтересован в том, чтобы его солдат убивали. Но такая логика существует уже столетия. Почему Ермолов писал докладные царю об усилении сопротивления горцев? Он довел численность русских солдат на Кавказе с пяти тысяч до 250 тысяч. Он хотел быть рорсийским Наполеоном, и когда это осознали, Ермолова отозвали. Но "синдром Наполеона" в кавказской политике продолжает существовать.
- Какие политические последствия событий в Первомайском вы прогнозируете?
- Антифедеральные настроения в Дагестане. Когда боевики Радуева захватили Кизляр, правительству стоило больших усилий пригасить античеченские настроения. Но по мере развития событий они перешли в недовольство действиями федеральных военных и центра.
- Теперь вот что мы имеем: в Москве и российских городах усиление антикавказских настроений - с одной стороны; в Дагестане - недовольство центром. Нас, кавказцев, дагестанцев, выталкивают из России. Между тем здесь не было сепаратизма, в пору всеобщей суверенизации Дагестан не принял даже соответствующую декларацию. Но сегодня надо принять меры безопасности. Я, как депутат, приложу все усилия для решения вопросов о границе. Зачем во внутренних районах Дагестана пограничники? Боевики привезли в Кизляр два "КАМАЗа" с оружием. Никто не охраняет границу, все кормятся у границы. Но оружием торгуют не только пограничники. Когда я заявлял о том, что они продают оружие в Чечню, на меня накинулись с упреками.
- Ситуация кажется тупиковой. С кем из чеченских лидеров можно сегодня вести переговоры? С Дудаевым?
- Нужно встречаться и с Дудаевым, и с полевыми командирами, вести переговоры со всеми авторитетными людьми и старейшинами Чечни. Этот конфликт не военный и должен разрешиться политическими методами. Суть событий в Чечне - кризис российской власти. Подумайте сами: Чечня не производит оружия - там целые военные склады, не производит обмундирования - чеченские боевики одеты и экипированы лучше, чем российские солдаты. Как пишет пресса, Дудаев узнает о замыслах высшего руководства России раньше, чем члены правительства. Так чья это проблема - Чечни или Москвы?
Санобар ШЕРМАТОВА
"Московские Новости"
24 января 1996 года
http://www.abdulatipov.ru/Interviev/1996.01.24_MN_Raduev%20ushel.htm
