После завершившихся летних думских каникул в нижней палате полку независимых депутатов прибыло. Все трое новичков обрели этот статус не по доброй воле - они пали жертвой непрекращающейся в КПРФ борьбы с раскольниками. Изгнанникам стоит призадуматься - практика показывает, что исключение депутата из фракции плохо сказывается на его дальнейшей судьбе.
Из фракции `за политический и моральный ущерб, причиненный партии`, исключили Елену Драпеко, Леонида Иванченко и Александра Куваева. Наказали их за то, что они вошли в руководящий состав просемигинской Всероссийской коммунистической партии будущего. Тлетворному влиянию Геннадия Семигина поддались еще 4 действующих депутата Госдумы: Алевтина Апарина, Николай Бенедиктов, Владимир Казаковцев и Альберт Макашов. Но всем им хватило антизюгановского запала только на так называемый альтернативный съезд КПРФ. Быстрее всех от семигинской ереси отошла г-жа Апарина, проявившая находчивость еще во время проведения съездов. Алевтина Викторовна посетила оба, а потом сказала, что ездила к раскольникам с целью их образумить. И г-жа Апарина, и ее трое вышеназванных коллег, как бы там ни было, на учредительный съезд ВКПБ не пошли. Этот факт и позволил товарищам по фракции проявить к ним снисхождение.
Примечательно, что г-на Макашова уже один раз подумывали исключить из фракции. В 1998 году на октябрьской манифестации генерал несколько перебрал с градусом патриотизма и пообещал, что он или его соратники в случае смерти так просто не сдадутся и заберут с собой на тот свет энное количество `жидов`. На оратора даже завели уголовное дело за `публичные призывы к насильственному изменению конституционного строя`. Генерал же в свою защиту цитировал произведения русской литературы.
Г-ну Макашову повезло уже дважды. В думской фракции КПРФ, вообще говоря, нет такой традиции - церемониться с `проблемными` депутатами. В прошлом году из КПРФ исключили Леонида Маевского, который ближе к парламентским выборам вдруг стал рассказывать о связях ЦК с Борисом Березовским. Два года назад, когда партийный пленум обязал членов КПРФ оставить думские руководящие посты, председатели комитетов Светлана Горячева и Николай Губенко вслед за спикером Геннадием Селезневым ослушались и вылетели из фракции. По иронии судьбы, формально с инициативой исключить бунтаря Селезнева выступил Александр Куваев, ныне куда больший бунтарь. В 99-м из фракции КПРФ исключили Алексея Подберезкина, заподозренного в симпатиях к Юрию Лужкову. В 98-м такая же вот неприятная участь постигла Владимира Семаго, в своем роде предтечу Семигина. Предприниматель Семаго, исключенный за несоблюдение фракционной дисциплины, поторопился объяснить, что это он первым хлопнул дверью в знак протеста против `невнятной соглашательской позиции` фракции. А в 95-м из фракции КПРФ демонстративно исключили Валентина Ковалева. Демонстративно, потому что провинность г-на Ковалева уже сама по себе лишала его возможности работать в Госдуме. Его назначили министром юстиции РФ.
Вообще говоря, исключение за нарушение внутрифракционной дисциплины - мера, коли она не доведена до абсурда, вполне обоснованная. Собственно, для того фракции и создаются, чтобы представлять в парламенте свои, особые системы взглядов. В разное время разные фракции исключали из своих рядов излишне самостоятельных субъектов. Случалось и так, что обрекали на изгнание за проступки, с трудом укладывающиеся в банальные рамки определения `нарушение дисциплины`.
В 1995-м за манипуляции с жилплощадью из `Выбора России` исключили Владимира Бауэра, председателя комитета по организации работы Госдумы. В 2000-м Абдул-Вахид Ниязов, тогда руководивший общественно-политическим движением `Рефах`, после оказанного на него давления был вынужден оставить `Единство`. Руководству фракции не понравились контакты г-на Ниязова с турецкой партией `Фазилет`, между прочим, представленной в парламенте, а в терминологии начальников `Единства` - `турецкой партией ваххабитского толка`. Так впервые за историю российского парламентаризма депутат пострадал за ваххабизм.
А один народный избранник проправительственной фракции умудрился пострадать даже за нелюбовь к коммунистам.
Речь идет об уникальном депутате прошлого созыва Александре Федулове. Г-н Федулов - это тот самый человек, с которым сцепился Василий Шандыбин в своей знаменитой думской битве. Драка имела идеологическую подоплеку. Г-н Федулов предложил думской комиссии по этике перестать потакать Зюганову и тем самым прекратить `политическое б...ство`. Дело в том, что г-н Федулов патологически не любил коммунистов. Его еще задолго до драки с Шандыбиным единогласно исключили из ОВР `за действия, дискредитирующие фракцию`. Просто г-н Федулов внес в нижнюю палату проект обращения в Минюст и Генпрокуратуру с требованием запретить КПРФ и привлечь к уголовной ответственности `за разжигание социальной и национальной розни` Геннадия Зюганова. Депутат кроме коммунизма также питал патологическую неприязнь к антисемитизму. До ОВР он состоял в `Единстве` и несколько раз безуспешно вносил на рассмотрение проект постановления об осуждении антисемитизма. Упорство вынудило г-на Федулова покинуть `Единство`.
Исключенные из разных фракций депутаты часто становятся своего рода `неприкасаемыми`. В думы следующих созывов они, как правило, не попадают. Благополучно пережили изгнание немногие. Так, Владимир Рыжков был изгнан из `Единства`, а теперь он наш главный депутат-оппозиционер. Константина Затулина 10 лет назад исключили из фракции Партии российского единства и согласия. А теперь, когда от ПРЕСа не осталось даже и следа в памяти электората, Константин Федорович `единоросс` и член комитета по делам СНГ.
ШАГЕН ОГАНДЖАНЯН
`Новые Известия`.
http://nvolgatrade.ru/
