Андрианов Владимир
Модель тотального доминирования «золотого миллиарда» стала тормозом развития мировой цивилизации, поскольку под предлогом продвижения так называемой демократии и либеральных ценностей проводится политика агрессивной конфронтации со странами, отстаивающие свой политический и экономический суверенитет и разжигания военных конфликтов практически во всех регионах мира, на которых США через глубинное государство и военно-промышленный комплекс зарабатывает огромные деньги.
Очевидно, что формирование альтернативы однополярному англосаксонскому миру представляет собой сложный процесс, который сопровождается обострением политических, экономических и финансовых противоречий.
Речь идет не о механической замене старого мирового порядка, основанного на так называемых правилах, придуманных и продвигаемых глубинным государством США, а о качественном изменении сущности самого принципа построения и развития глобальной экономики и построения нового разумного мирового сообщества, основанного не на конфронтации и войнах, а на сотрудничестве и созидании, построении основ новой мировой цивилизации, которая позволит человечеству устойчиво развиваться в креативном направлении на благо всех стран и народов.
Для построения основ новой мировой цивилизации необходим кардинальный переход от всевластия либерального рынка новейшего империализма и эксплуатации колониального типа к справедливым и равноправным международным отношениям между странами, регулируемому рынку, взаимовыгодному торгово-экономическому сотрудничеству суверенных государств.
В современных условиях глобальной турбулентности и повышенных геополитических рисков место отдельных стран в мировой экономике, а значит в международной финансовой системе, требует кардинального изменения.
Фактически речь идет о необходимости трансформации мировой финансовой архитектуры, основные контуры которой сформировали и продвигали во второй половине ХХ века контролируемые глубинным государством финансовые элиты США через международные организации и международные финансовые организации, глобальные финансовые институты развития и другие финансовые структуры.
Новая валютная система должна не заменить действующую сейчас Ямайскую валютную систему, а создать новую альтернативную мировую финансовую систему, которая в будущем призвана кардинально изменить существующую мировую финансовую архитектуру[1].
В нынешней весьма турбулентной геополитической обстановке по всей видимости достичь консенсуса ведущих, промышленно развитых и большинства независимых стран по формированию новой финансовой системы практически не реально.
Реформирование системы путем изменения в уставе МВФ, как было при создании Ямайской валютной системы так же не получится, поскольку МВФ контролируют США и их союзники, которые не допустят ослабления позиций доллара, евро и фунта стерлинга в корзине валют СДР.
В этой связи, наиболее вероятным направлением трансформации мировой финансовой архитектуры и ослабления доминирования доллара США в мировой финансовой и кредитно-банковской системе может стать формирование и развитие в мировой экономике региональных валютных зон.
Создание региональных валютных зон будет стимулировать создание новых политических и экономических союзов и альянсов, в результате может измениться архитектура мировой финансовой системы, которая может фрагментироваться на многополярные валютные блоки, где у каждого центра влияния будет своя экономическая зона со своей расчетной валютной единицей.
Этот процесс может усилить региональную интеграцию, но одновременно может углубить раскол между блоками, сделав глобальную экономику и финансовую систему более фрагментированными.
Геополитическое соперничество может приобрести новое финансовое измерение, где борьба будет вестись не только за рынки и ресурсы, но и за доминирование собственной расчетной единицы в своей сфере влияния.
Региональные валютные зоны - как составная часть новой мировой валютной системы
Наиболее эффективным инструментом анализа процессов валютной интеграции в мировой макроэкономической литературе является теория оптимальных валютных зон.
Ранняя теория оптимальных экономических зон рассматривалась ученым сообществом, как своеобразный симбиоз кейнсианского и монетаристского подхода к международной экономике.
Родоначальником теории оптимальных валютных зон является канадский экономист, лауреат Нобелевской премии по экономике (1999 г.) Роберт Александр Ма́нделла ( 1932 – 2021).
Манделла определил оптимальную валютную зону как географическую область – в противоположность национальной территории, – в рамках которой могут быть достигнуты внутреннее равновесие (низкая инфляция и полная занятость) и внешнее равновесие (устойчивый платежный баланс).[2]
Манделла полагал, что экономика должна располагать номинальным якорем в форме золотого стандарта, валютного управления или просто фиксированного валютного курса.
Он мечтал, что глобальная экономика может вернуться к золотому стандарту или к всеобщим фиксированным курсам – идеальному миру, где нет инфляции и недоверия к деньгам.
Его идеи снижения налогового бремени для стимулирования деловой активности завоевали популярность в эпоху президентства Рональда Рейгана и стали ключевым фактором укрепления позиции доллара США и американского экономического бума – рейгономики в 80-е годы прошлого столетия.
Помимо Роберта Манделлы существенный вклад в развитии теории оптимальных валютных зон внесли американские экономисты – профессор Стенфордского Университета Рональд Иэн Маккиннон (1935 – 2014) и профессор Принстонского Университета Питер Бейн Кенен (1932 – 2012).
Американские экономисты расширили критерии, по которым определяется оптимальная валютная зона. В частности, странам-участникам выгоднее устанавливать постоянно фиксированные обменные курсы друг с другом или создавать в классической версии совместную валютную зону — при следующих условиях:
В теории оптимальных валютных зон применяется развитый инструментарий прикладного анализа. В частности, классический корреляционно-регрессионный анализ, индексный анализ, структурные векторные авторегрессии и другие.
Теория оптимальных валютных зон служит основой для оценки целесообразности экономической и финансовой интеграции стран в различных регионах мира и соответственно создания региональных валютных зон.
Официальным завершением создания валютной зоны является валютный союз – это соглашение между странами об использовании в денежном обороте и финансовых расчетов в единой валюте.
При заключении такого союза формируется валютная зона, где будут использоваться те денежные единицы, о которых идет речь в соглашении. Самым ярким примером валютного союза последних лет можно назвать Евросоюз.
По состоянию на 2026 г. в мире действует более 10 валютных союзов, т. е. межгосударственных соглашений, позволяющих использовать общую денежную единицу для нескольких стран[4].
Региональные валютные зоны со своими свободно используемыми (резервными) валютами могут стать важной составной частью новой мировой альтернативной валютной системы.
В этой связи, необходимо стимулировать региональную экономическую и валютную интеграцию, в результате которой могут сформироваться валютные зоны, с региональными, свободно используемыми (резервными) валютами. В перспективе такими зонами могут стать:
Валютная зона стран западноафриканского экономического сообщества ЭКОВАС
Свою валютную зону планируют создать страны западноафриканского экономического сообщества ЭКОВАС - Economic Community of West African States (ECOWAS).
Это интеграционное объединение было создано в 1975 г., в состав которого входят 15 стран Западной Африки – Бенин, Буркина Фасо, Гамбия, Гана, Гвинея, Гвинея-Бисау, Кабо-Верде, Кот-д’Ивуар, Либерия, Мали, Нигер, Нигерия, Сенегал, Сьерра-Леоне, Того.
На территории государств-членов ЭКОВАС в настоящее время проживает более 385 млн человек, а совокупный номинальный ВВП объединения составляет 617 млрд. долл.
На сегодняшний день Сообщество достигло определенных успехов в вопросах экономической финансовой, валютной и военной интеграции.
Переговоры о создании единой валюты Сообщества ведутся уже более 40 лет. Впервые эту идею озвучили в 1983 г., однако на государственном уровне этот проект впервые нашел отражение в декабре 1999 г. в итоговом коммюнике встречи глав государств и правительств Сообщества в Ломе (Того).
На этом саммите ЭКОВАС были установлены единые макроэкономические критерии конвергенции, которым должны были соответствовать страны-члены.
В частности, речь шла о координация кредитно-денежной политики, о введении режима гибкого обменного курса, достижении целевого уровне инфляции в 5% и валютных запасах, совокупная стоимость которых должна быть больше стоимости импорта страны за 6 месяцев.
Для достижения критериев конвергенции первоначально был утвержден 2003 г., а введение единой валюты было запланировано на 2004 г.
На очередном саммите лидеров стран ЭКОВАС 29 июня 2000 г. было принято решение о создании Западно-Африкансканской валютной зоны (ЗАВЗ) - West African Monetary Zone (WAMZ), в состав которой вошли Гамбия, Гана, Гвинея, Нигерия и Сьерра-Леоне. Позднее в 2010 г. к этим странам присоединилась Либерия.
Кроме того, на этом же саммите утвердили название единой валюты – эко как производное от первых трех букв аббревиатуры «ЭКОВАС». Первоначально планировалось ввести в обращение единую валюту с 1 декабря 2009 г.
Для анализа хода процесса интеграции и создания валютного союза в январе 2001 г. под эгидой ЭКОВАС был создан Западноафриканский валютный институт со штаб-квартирой в Аккре, столице Ганы.
В конечном итоге, предусматривались слияние Западноафриканского валютного союза с Западноафриканским экономическим и валютным союзом и формирование единой валютной зоны ЭКОВАС.
Однако создание единой валюты неоднократно откладывалось (в 2005, в 2010 и в 2014, 2020 гг.) в связи со срывом в достижении государствами-членами Сообщества установленных плановых показателей конвергенции, которые впоследствии несколько раз менялись, дополнялись и корректировались.
При этом страны зоны франка КФА[5], обладающие собственной стабильной общей валютой, в целом, не были заинтересованы в изменении текущего положения дел в валютной сфере.
Вопрос о введении общерегиональной валюты ЭКОВАС вновь оказался в центре внимания африканских стран в июне 2019 г. на заседании глав государств и правительств Сообщества в Абудже (Нигерия).
В частности, страны сообщества заявили, что планируют отказаться от франка КФА и ввести в обращение с 2020 г. собственную валюту — эко.
Для этого восемь стран содружества – Бенин, Буркина-Фасо, Гвинея-Бисау, Мали, Нигер, Сенегал, Того и Кот-д’Ивуар должны будут отказаться от обращения франка КФА на территории бывших французских колоний, привязанного к евро, а семь других стран — от своей национальной валюты.
Франция должна выйти из органов управления валютного союза. Операционный счет французского казначейства будет закрыт. Центральный банк Франции больше не будет управлять валютами этих стран. Африканские страны валютного союза перестанут хранить 50 % своих золотовалютных резервов во Франции.
Однако при этом Банк Франции будет оставаться гарантом конвертируемости между эко и евро, с которым будет сохраняться фиксированный паритет. Кроме того, на саммите также было зафиксировано, что эко будет иметь плавающий валютный курс.
Первой о своей позиции по замене франка КФА на эко заявила Гана – вторая страна по населению и размеру ВВП западноафриканского региона.
Представители страны приветствовали идею и заявили о готовности к переходу на новую валюту, поскольку это позволит устранить торговые и валютные барьеры, уменьшить транзакционные издержки, стимулировать экономическую активность и повысить уровень жизни населения.
В своем заключительном коммюнике саммита отмечалось о постепенном подходе для введения единой валюты, начиная с тех стран, которые отвечают принятым критериям конвергенции.
После саммита 14 января 2020 г. управляющие центральных банков субрегиона ЭКОВАС провели внеочередную генеральную ассамблею для обсуждения вопросов, связанных с введением единой валюты - эко, запланированной на 2020 год.
По результатам обсуждения проблемы было принято решение из-за возникших серьезных разногласий стран по переходу на единую валюту, рекомендовать главам государств ЭКОВАС перенести срок введения единой валюты – эко на 2027 г. и разработать подробную дорожную карту по ее введению.
На очередном саммите ЭКОВАС в июне 2021 г. была принята дорожная карта по введению эко - единой валюты стран содружества, при этом сроки её введения были перенесены на 2027 г. [6]
При этом лидеры поручили соответствующим финансовым институтам и центральным банкам государств-членов создать необходимые условия для ее реализации.
Для контроля за выполнением мероприятий, проектов и программ дорожной карты была создана специальная комиссия во главе с управляющим Центрального банка государств Западной Африки - Жаном-Клодом Касси Бру.
В сентябре 2023 г. глава комиссии в очередной раз подтвердил свои обязательство запустить в обращение единую валюту эко к 2027 г.
Он заявили, что страны сделают все возможное, чтобы все программы, проекты и процессы, изложенные в дорожной карте по запуску общей эко-валюты, реализовывались в рамках утвержденного графика.
Основные усилия необходимо предпринять для унификации основных макроэкономических и финансовых показателей стран создаваемой единой валютной зоны Западной Африки.
Прежде всего необходимо достичь единого для всех государств уровня инфляции и одинакового показателя соотношения размера дефицита госбюджета к ВВП.
Кроме того, необходимо уточнить ряд положений и провести дополнительные реформы с тем, чтобы все государства соответствовали необходимым, утвержденным макроэкономическим критериям конвергенции.
Необходимо согласовать основные параметры создания Западноафриканского центрального банка и других соответствующих финансовых и институанальных органов, необходимых для успешной валютной интеграции в субрегионе
В сентябре 2025 г. генеральный директор Западноафриканского валютного агентства Момоду Бамба Сахо на состоявшемся в Аккре заседании финансовых структур ЭКОВАС подтвердил, что цель введения государствами сообщества единой валюты эко к 2027 г. сохраняется, однако для ее достижения необходимо предпринять дополнительные усилия и по реализации дорожной карты.
Движение к многополярному миру и консолидация экономического потенциала стран, не желающих сохранения гегемонии США в мировой политике экономике и финансах невозможно без кардинального изменения мировой финансовой архитектуры.
В итоговой декларации по результатам 16 саммита БРИКС в Казани, в частности, отмечалось: - «Мы подчеркиваем необходимость реформирования нынешней международной финансовой архитектуры для решения глобальных финансовых проблем, включая глобальное экономическое управления, с тем чтобы сделать международную финансовую архитектуру всеобъемлющей и справедливой».[7]
Начать кардинально менять существующую мировую финансовую архитектуру, построенную американской финансовой элитой, необходимо с создания новая валютной системы, которая должна не заменить действующую сейчас Ямайскую валютную систему, а сформировать принципиально новую альтернативную мировую валютную систему.
Основная цель новой валютной системы - положить конец доминированию доллару США в глобальной экономике и мировой финансовой системе, в качестве основной расчетной и резервной валюты.
Новая валютная система должна строится не на долларовом стандарте и резервных валютах стран сателлитов США, а на более широкую корзину валют Глобального Юга.
Прежде всего это национальные валюты стран БРИКС - китайский юань, российский рубль, индийская руппия, бразильский реал и южноафриканский рэнд, а также валюты стран, присоединившихся к БРИКС с 1 января 2024 г. – Египет, Эфиопия, Иран, Саудовская Аравия и ОАЭ.
В Казанской декларации 2024 г. отмечалась, «определяющая роль стран БРИКС в процессе усовершенствования международной валютно-финансовой системы (МВФС), для того чтобы она могла оперативно реагировать на потребности всех стран».[8]
Непосредственное участие в разработке принципов построения новой мировой валютной системы кроме стран БРИКС, должны принимать участие государства ШОС, ЕАЗС, АСЕАН, мусульманские страны арабского мира и страны, желающие освободиться от американской гегемонии и диктата в финансовой сфере.
Основными составными институциональными финансовыми элементами новой альтернативной валютной системы на первом этапе могут стать уже существующие международные финансовые институты развития такие как Новый банк развития БРИКС (НБР), Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ), Исламский банк Развития (ИБР), новый создаваемый Банк развития ШОС, другие не зависимые от США финансовые институты стран участниц новой валютной системы.
По своему международному статусу и финансовым возможностям наибольшие перспективы стать таким институтом имеет Новый банк развития БРИКС (НБР)
Новый банк ШОС следует создавать с учетом превращения его в глобальный финансовый институт, совмещающий функции Мирового банка и Международного фонда.
Для достижения этой цели на первом этапе было бы целесообразно перевести внутренние расчеты между странами акционерами НБР на единую расчетную единицу.
Мы предлагаем назвать расчетную единицу новой альтернативной валютной системы «брикс», который в перспективе может трансформироваться в новую мировую резервную валюту, вне зоны действия американского доллара. первоначально «брикс» может выпускаться в электронном виде на базе технологии блокчейн и национальных цифровых валютах, которые активно разрабатываются почти во всех странах БРИКС.
Эта валюта может эмитироваться Центральными банками БРИКС в форме цифровых валют, к практическому использованию которых уже приступили основные страны-участники – Китай, Россия, Индия и Бразилия.
Как альтернативу или как дополнительный элемент в рамках БРИКС можно рассматривать возможность создания нового международного финансового института, не подконтрольного финансовой олигархии США, с основными функциями глобального финансового регулятора, с акцентом на валютное регулирование и регулирования движение капитала в глобальной экономике. Таким финансовым институтом может стать новый банк ШОС.
Такой глобальный альтернативный финансовый мегарегулятор мог бы регулировать деятельность финансовых и фондовых рынков, кредитно-банковской системы, оффшорных центров, суверенных фондов, принципов трансграничных слияний и поглощений, рынка не биржевых деривативов и др.
Такая организация может быть создана странами БРИКС и их сторонниками по аналогии с Международным валютном фондом (МВФ), Всемирной торговой организацией (ВТО) и на базе уже существующих международно-правовых соглашений в финансовой и инвестиционной и торговой сфере или при необходимости заключения новых.
Еще одним инструментом ослабления доминирования доллара США в мировой финансовой и кредитно-банковской системе и предпосылкой создание новой мировой альтернативной валютной системы может стать формирование в мировой экономике региональных валютных зон.
Создание региональных валютных зон будет стимулировать создание новых политических и экономических союзов и альянсов, в результате может измениться архитектура мировой финансовой системы, которая может фрагментироваться на многополярные валютные блоки, где у каждого центра влияния будет своя экономическая зона со своей расчетной валютной единицей.
Этот процесс может усилить региональную интеграцию, но одновременно может углубить раскол между блоками, сделав глобальную экономику и финансовую систему более фрагментированными.
Геополитическое соперничество может приобрести новое финансовое измерение, где борьба будет вестись не только за рынки и ресурсы, но и за доминирование собственной расчетной единицы в своей сфере влияния.
Формирование новой альтернативной валютной системы может стать правовой финансовой основой для замены старого мирового порядка, основанного на так называемых правилах, придуманных и продвигаемых глубинным государством США.
Речь идет о качественном изменении сущности самого принципа построения и развития глобальной экономики и построения нового мирового сообщества.
Новое международное сообщество будет основано не на конфронтации и войнах, а на здравом смысле, сотрудничестве и созидании, построении основ новой мировой цивилизации, которая позволит человечеству развиваться в инновационном и креативном направлении на благо всего человечества и отдельных стран и народов.
Очевидно, что формирование такой системы представляет собой весьма сложный длительный процесс, который будет сопровождаться активным противодействием со стороны американского глубинного государства и международных финансовых институтов, контролируемые США.
Можно предположить, что серьезные изменения в мировой финансовой системе будут связаны не с заведомо нереализуемыми проектами, а с логикой формирования многополярного мира, развития мировой экономики, новых валютных зон, новых финансовых технологий и формирования новых интеграционных объединений таких как БРИКС +, ШОС и новой мировой валютной системы.
В ближайшем будущем следует ожидать усиления противодействия со стороны мировой финансовой элиты попыткам стран БРИКС+ создать новую мировую валютную систему на базе новой резервной валюты.
В частности, новый президент США Дональд Трамп, пообещал в случае отказа от расчетов в долларах США и попытки создать единую валюту стран БРИКС, ввести 100% пошлины на товары этих стран, поставляемые на американский рынок.
Андрианов Владимир Дмитриевич
профессор МГУ, д.э.н., академик РАЕН,
заслуженный экономист России,
помощник Председателя Правительства РФ (2000-2008)
Список используемой литературы
[1] История валютных систем:
Парижская валютная система (1867-1922) – золотой стандарт, резервные валюты – золото;
[2] Mundell R. A theory of optimum currency areas // American Economic Review. — 1961. — № 53. — С. 657–665.
[3] Kenen P. The theory of optimum currency areas: an eclectic view / Mundell R., Swoboda A.. — Monetary Problems of the International Economy. — Chicago: Chicago University Press, 1969. — С. 41–60.
[4] В мировой экономике валютные союзы создавались с 1864 г., всего было заключено 43 таких соглашений. Старейшим из ныне действующих валютных союзов является валютный союз Швейцарии и Лихтенштейна, где с 1920 г. в обращении находится швейцарский франк.
[5] Франк КФА находится под контролем Банка Франции, который привязал его обменный курс к евро. Западноафриканский франк в качестве денежной единицы был введен декретом французского правительства в декабре 1945 г. на территории французских владений в Западной и Экваториальной Африке.
Франк КФА в 1961 г. был разделен на две валюты, одна из которых ныне носит название франк финансового сотрудничества в Центральной Африке (центральноафриканский франк, франк КФА BEAC), а другая - франк Африканского финансового сообщества (западноафриканский франк, франк КФА ВСЕАО).
Центральноафриканский франк обращается в шести странах: Камеруне, ЦАР, Чаде, Экваториальной Гвинее, Габоне и Республике Конго.
Западноафриканский франк имеет хождение в восьми странах: Бенине, Буркина-Фасо, Кот-д'Ивуаре, Гвинее-Бисау, Мали, Нигере, Сенегале и Того.
Франк КФА сохранял устойчивость на протяжении нескольких десятилетий и даже смог расширить зону своего обращения, в 1997 г. валюту начала использовать бывшая португальская колония Гвинея-Бисау, отказавшись от своей национальной валюты – песо.
[6] https://www.banki.ru/news/lenta/?id=10948382
[7] Казанская декларация БРИКС 23 октября 2024 г. BRICS INFORMATION PORTAL: infobrics.org с. 21
[8] Казанская декларация БРИКС 23 октября 2024 г. BRICS INFORMATION PORTAL: infobrics.org с. 5
