`Видимо, существует определенное давление со стороны некоторых лиц, заинтересованных в том, чтобы весь этот беспорядок продолжался`, — считает бывший замглавы Госкомрыболовства, доктор экономических наук Леонид Холод. Основная движущая сила этого давления — огромные деньги, обращающиеся в нелегальном икорном бизнесе. Его рентабельность, по оценке гендиректора Каспийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства Марка Карпюка, превышает 1000%. По неофициальным данным, объемы нелегальной икры в 10 раз перекрывают разрешенное производство. А Леонид Холод убежден, что весь оборот на внутреннем рынке — нелегальный. Браконьерство по ловле осетровых приобрело такие масштабы, что в ноябре Агентство ООН по охране редких видов диких растений и животных потребовало приостановить с января 2005 года экспорт черной икры. По словам заместителя генерального секретаря Конвенции по международной торговле редкими видами диких растений и животных (CITES) Джима Армстронга, страны—экспортеры черной икры из Каспийского региона не предоставили данные об объемах браконьерства и тем самым не выполнили соглашение о защите осетровых от 2001 года. Главные упреки и претензии CITES адресованы России, которая, как считает Армстронг, является лидером по браконьерству на Каспии.
Как сообщил `Профилю` один из разработчиков законопроекта, заместитель председателя межведомственной ихтиологической комиссии Сергей Никоноров, госмонополия будет распространяться на переработку и оборот осетровых и их икры. А освоением осетровых займется либо специальное федеральное государственное унитарное предприятие (ФГУП), либо компании, уполномоченные правительством.
Ловля рыбы в мутной воде
Отношение к законопроекту неоднозначное. Например, Марк Карпюк двумя руками `за`. По его словам, `в середине 70-х мы добывали 27 тыс. тонн осетровых и производили около 3 тыс. тонн икры. В 2003 году легальный вылов осетровых составил всего 500 тонн, производство икры — около 50 тонн. Еще пару лет — и ловить будет некого`. Первый вице-президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Юрий Кокорев считает, что `монополия может повлиять на проблему браконьерства. Но если сохранится нынешнее положение дел с конфискованной продукцией, то коренным образом ничего не изменится. Конфискат сейчас подлежит реализации в рознице, а в советское время он уничтожался. До тех пор, пока будет спрос на конфискованную продукцию, будет и предложение`.
А вот Леонид Холод полагает, что госмонополия — чересчур круто. Он не особенно верит, что ФГУП будет кристально честным: `Далеко не все ФГУП имеют незапятнанную репутацию. Проблему браконьерства можно решить с помощью контроля за оборотом. Есть же у нас несколько категорий товаров, оборот которых регулируется специальным образом. Надо провести честный конкурс, отобрав самых достойных производителей. Дальше сообщить через прессу торговле, что только их продукция является легальной`.
Больше всех идее госмонополии противятся частные легальные производители. `Что такое эта монополия? Кто будет входить в этот ФГУП? Как будут отбираться уполномоченные компании? И что мне теперь своим рабочим говорить, чтобы они по браконьерским артелям не разбежались?` — вместо комментария обрушил на корреспондента `Профиля` град вопросов директор одного из легальных переработчиков икры. Юрий Кокорев парирует: `Какой удар по частным производителям? Если все оставить так, как есть, то скоро производить будет нечего. Почему бы государству не поручить производство паретройке крупных компаний, хорошо зарекомендовавших себя на рынке?`
Квотная чехарда
Бороться с браконьерством можно и без введения госмонополии. Помимо запрета на продажу конфиската необходимо, по мнению Юрия Кокорева, сосредоточить в одних руках все рыбоохранные функции — как это было при Главрыбводе. `Сейчас этим занимаются и правоохранительные, и природоохранные органы, и Федеральное агентство по рыболовству. Чем больше надзирающих, тем хуже: каждый хочет кушать`.
Еще один способ остудить браконьерский пыл — прекратить манипуляции с заявками на экспортные квоты. В этом году Россия очень поздно подала в CITES заявку. В итоге только в середине ноября CITES подтвердила, что экспортная квота России в 2004 году — 23,7 тонны. Такую медлительность правительства Юрий Кокорев называет преступлением перед законопослушными рыбаками. Только после решения CITES подписывается распоряжение правительства, утверждающее одобренную международной организацией квоту. И только тогда легальные производители могут представлять административным органам документы на экспорт икры. АМинэкономразвития, лицензирующее вывоз, берет месяц на работу с бумагами. В прошлом году рыбаки получили распоряжение правительства лишь 3 декабря. А ведь икру нужно доставить в магазины и рестораны до начала рождественских праздников, когда спрос на этот деликатес достигает пика. Сегодня все идет к тому, что повторится прошлогодняя ситуация. Но Запад, как всегда, без российской икры не остался. Правда, в основном нелегальной. `Создается ощущение, — говорит Юрий Кокорев, — что это какой-то управляемый процесс. Таким образом рынок расчистили от легальных конкурентов, которые недополучили сотни миллионов долларов прибыли`.
Черная рулетка: восемь из десяти
Станислав Ильясов, руководитель Федерального агентства по рыболовству:
`Профиль`: Станислав Валентинович, сколько черной икры сейчас добывается в России?
Станислав Ильясов: В прошлом году производство икры сократилось вдвое, до 50 тонн, из которых экспортировать CITES нам разрешила около 30 тонн. В этом году производство, по предварительным оценкам, сократится до 40 тонн.
`П.`: А нелегально мы сколько произвели?
С.И.: По самым минимальным подсчетам, на 1 кг официально произведенной икры приходится 5 кг нелегальной. Мы недавно решили сделать контрольную закупку икры в столичных супермаркетах. Из десяти купленных нами банок в восьми была не знаменитая русская черная икра, а ее жалкое подобие.
`П.`: Законопроект о госмонополии на оборот осетровых может изменить ситуацию?
С.И.: Думаю, да. Предполагается, что государство создаст ФГУП, которое будет контролировать и переработку, и продажу осетровых. У этого монополиста появятся огромные возможности, но и спрос с него будет соответствующий. В том числе и за борьбу с нелегальными производителями.
`П.`: Будете ли после принятия закона просить CITES увеличить квоту РФ на экспорт икры?
С.И.: Безусловно. Причиной постоянного сокращения CITES наших квот всегда была как раз малорезультативная борьба с браконьерством. CITES давно настаивала на появлении в России нормативной базы, на которую можно опираться в этой борьбе. А у нас ничего не было. Сейчас в стране фактически отсутствует законодательная база рыбной отрасли. Мы уже внесли в Госдуму закон `О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов`. Кроме того, планируем предложить законодателям внести изменения в 11 федеральных законов, в той или иной мере затрагивающих отрасль.
`П.`: И насколько, если CITES помилует нас, увеличатся поступления в бюджет от черной икры?
С.И.: Речь идет о сотнях миллионов долларов.
Елена Костюк
http://www.profile.ru/items/?item=10309
Елена Костюк
