В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Рамазан Абдулатипов, министр правительства России, президент Ассамблеи народов России.
Эфир ведет Александр Климов.
А.КЛИМОВ: Считанные часы остались до выборов. Выборы будут проводиться в том числе и на части территории Чечни. Это не ошибка - в этих условиях проводить там выборы?
Р.АБДУЛАТИПОВ: Это ни в коем случае не ошибка. Во всяком случае, не самая большая ошибка, которая допущена на территории Чеченской республики за эти годы. Я считаю, что это очень важный вопрос. Это одна из демонстраций того, что Чечня - составная часть Российской Федерации. Второе - мы даем возможность высказаться тем, у кого есть желание высказаться по выборам и продемонстрировать, что они являются гражданами Российской Федерации. И третье, я читаю очень много в последнее время по этим вопросам: никто никого нигде не заставляет голосовать, во-первых, а во-вторых, никто никого не заставляет голосовать за кого-то конкретно. В этом плане и в Чечне тоже в соответствии с законодательством Российской Федерации будут проводиться выборы там, где это возможно, там, где обеспечена безопасность людей. Несколько районов, в которых выборы, скорее всего, не будут проводиться, потому что нет гарантии безопасности людей при участии в выборах.
А.КЛИМОВ: Но ведь международные наблюдатели, которые недавно побывали на Северном Кавказе, весьма скептически оценили перспективу выборов в Чечне. Нет, говорят, там условий.
Р.АБДУЛАТИПОВ: Почему нет в Гудермесе, например, условий для проведения выборов? Вопрос надо всегда конкретно ставить. Там, где нет условий, там не навязываются выборы, насколько я понимаю.
А.КЛИМОВ: Еще один вопрос - о беженцах на территории Ингушетии. Руслан Султанович жалуется: нет никакой поддержки, нет продовольственной помощи, денег не платят. У Вас есть какая-нибудь информация, что там на самом деле происходит?
Р.АБДУЛАТИПОВ: Насколько я информирован, необходимое количество денег туда уходит. Может быть, с определенными задержками. Это обусловлено, по мнению руководителя Миграционной службы России, тем, что вовремя не предоставляются отчетные документы миграционными службами, в том числе и Ингушетии. Мне представляется, что вообще этот вопрос давным-давно можно было бы перенести частично, во всяком случае освободить - в том числе Ингушетию - от потока беженцев на те освобожденные территории, которые уже есть внутри Чеченской республики, создавать более мобильные структуры вместе с Миграционной службой России и закрывать эти вопросы. Помощь туда огромная идет. Я встречался на днях с представителями Красного полумесяца - из Саудовской Аравии огромная помощь идет. Я был в Объединенных Арабских Эмиратах. Руководство Эмиратов готово оказывать большую помощь - и гуманитарную, и по восстановлению последующему Чеченской республики. Только надо активно работать и надо оказывать возможную помощь, поддержку. На это неоднократно обращает внимание и председатель правительства.
А.КЛИМОВ: Судя по тем новостям, которые мы получаем здесь и видим на экранах телевизоров, беженцы сами не очень торопятся возвращаться. Они опасаются за свою безопасность.
Р.АБДУЛАТИПОВ: Это люди, которые неоднократно на себе уже ощутили эту опасность. И заставлять их возвращаться обратно, конечно, невозможно и нельзя без - опять-таки, я подчеркиваю - достаточно убедительных гарантий безопасности. А это тяжелейший вопрос в этом регионе сегодня.
А.КЛИМОВ: Если продолжают убивать и наших военнослужащих, даже на освобожденных и несколько раз зачищенных территориях (мы все помним, как все это было на днях), где же гарантии тогда для мирных жителей?
Р.АБДУЛАТИПОВ: К сожалению, гарантий, может быть, не так много. Но эти гарантии больше в десятки и сотни раз того периода, когда там не было российских войск и когда там были Хаттаб, Басаев, Радуев и другие.
А.КЛИМОВ: Как бы Вы оценили деятельность администрации в Чечне? Я имею в виду Кошмана.
Р.АБДУЛАТИПОВ: Я думаю, что они проводят действительно огромную работу. Кошман - человек, который прекрасно знает ситуацию, структуры, знает людей. Но это взорванное общество. Сегодня невозможно найти структуры или нескольких даже людей, лидеров, которые бы совпадали по взглядам в отношении и в оценке этих событий и возможных перспектив развития Чечни: и по проблемам восстановления, куда отпускать деньги, кто это будет регулировать, восстановительные работы, обеспечение всей жизни в Чечне. Поэтому надо с пониманием отнестись к сложности этих проблем и той задачи, которая сегодня поставлена перед Кошманом, его группой и временной администрацией Чеченской республики.
А.КЛИМОВ: Сейчас нет-нет да раздаются голоса о введении в Чечне прямого президентского правления. Что Вы можете сказать по этому поводу?
Р.АБДУЛАТИПОВ: Я думаю, что нет необходимости называть это прямым президентским правлением, потому что и так ясно, что основные функции и по финансированию, и по управлению будут выполняться под непосредственным руководством федерального центра. Надо воссоздавать и органы власти, надо воссоздавать и экономические, и организационно-управленческие структуры. Это работа на несколько лет. Во всяком случае, два-три года этой работой придется заниматься. Но это не означает, что непосредственно кто-то из Москвы только будет управлять этим. Это означает, что люди будут назначаться, по возможности это будут чеченцы. Это люди, которые знают это общество, эту республику. Это люди, которые видят перспективы развития. Я с самого начала говорил, что нужен очень широкий диалог с чеченским обществом. Я думаю, что эта работа еще предстоит в огромной степени.
А.КЛИМОВ: Я знаю, что Вы очень много занимаетесь проблемами тех же чеченцев и вообще выходцев из Северного Кавказа, которые живут в Москве. Неоднократно говорили сами о нарушении прав человека. В этой связи, эта вся история с банком, где все руководство арестовано, в том числе и представители чеченской национальности, нет ощущения, что это охота на ведьм началась какая-то?
Р.АБДУЛАТИПОВ: В конкретном случае я не могу сказать. Но то, что эта работа достаточно запоздалая, это однозначно ясно. Я еще в 1994 году обращался, тогда Сосковец был руководителем этой так называемой комиссии, о том, что надо прослеживать связи, которые были с Чеченской республикой, в том числе и по банковской системе, по предпринимательским структурам и так далее. Но вместе с тем, за эти годы мы, к сожалению, не обошлись без проведения таких кампаний по национальному, религиозному признаку. Я думаю, что здесь тоже такие перекосы возможны. Но я хотел бы обратить с самого начала внимание, что банковская, финансовая, экономическая система подразделяется не по этническому принципу, а совершенно по другим принципам.
А.КЛИМОВ: То, что Масхадов объявлен в розыск, то, что в Москве заведено уголовное дело (а Масхадов все-таки всенародно избранный президент), здесь нет ощущения, что что-то не то?
Р.АБДУЛАТИПОВ: Я с самого начала говорил о том, что, может быть, для нас было бы выгоднее даже избрание другого, а не Масхадова, более крайнего. Потому что если мы избираем более крайнего, то он все время будет вынужден идти навстречу нам. А когда мы избираем Масхадова, он все время будет идти на поле этих крайностей, которые в Чеченской республике за эти годы. Когда я говорил, что Масхадов постоянно играет на чужом поле - на поле Хаттаба, на поле Басаева, на поле Радуева, - меня критиковали даже за это, за то, что я такую оценку даю деятельности Масхадова. Но когда он уже полностью перешел на ту сторону, мы только тогда начали осознавать сам этот процесс. Кроме того, такой благоприятный образ Масхадова создан нами из Москвы - и политиками, и средствами массовой информации, - при этом даже не замечая, что фактически люди, которые не участвовали в антироссийских действиях, в войне против России до 1996 года, они даже не допускались к выборам. Эти выборы проводились фактически под наблюдением автоматов Калашникова. Это все мы как-то не заметили в свое время и начали трубить о всенародно избранном президенте. А теперь, действительно, мы сталкиваемся с таким противоречием: то мы объявляли, что всенародно избранный, а теперь получается, что он не отвечал ни за свой народ, ни за тех, кто осуществлял агрессию на территории другого народа. Т.е. очень много здесь противоречий.
А.КЛИМОВ: Как бы Вы оценили роль средств массовой информации, особенно тех, которые предоставляют свои микрофоны, свои телекамеры, свои газетные полосы выступлениям того же Масхадова - человека, объявленного преступником? Масхадов имеет право голоса?
Р.АБДУЛАТИПОВ: Может быть, имеет право голоса. Но вместе с тем, есть в том числе и какие-то нормы. Допустим, террористическим организациям, людям, которые находятся в розыске, которые преследуются по закону, не дают возможности пропагандировать свои идеи, свои принципы. Но это не означает, что он не сохраняет права человека, в том числе право на слово и так далее. Но это должно быть зафиксировано точно в отношении конкретного индивида. Я подчеркиваю, если человек будет использовать время для пропаганды своих идей антироссийских, экстремистских и других, это совершенно другой вопрос. Здесь всегда должен быть конкретный подход. Может, человек просто хочет попросить прощения. Может, он хочет пересмотреть свои взгляды. Может, он хочет сделать заявление, которое, на самом деле, способствует выходу из этой ситуации. И так далее. Такие вещи надо всегда рассматривать конкретно, насколько я понимаю.
В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" был Рамазан Абдулатипов, министр правительства России, президент Ассамблеи народов России.
24.03.2000
http://www.echo.msk.ru/programs/beseda/10504.phtml
