Процессы обновления и флуктации новых и модифицированных компонентов задают пульсирующий ритм эволюционирования российской культуры. Включение памяти о прошлых скачкообразных переходах с нарушением симметрии в пространстве, закрепление культурных мутаций в ее ядре, создают своеобразие ее темпоритма, влияют на отбор свойств и
функций, а также параметров.
Россия постоянно находится в состоянии малой стабильности и слабой неравновесности, когда одни ее элементы, блоки в увеличивающих свою гибкость структурах периодически обновляются, взаимодействуя с другими - устоявшимися, традиционными (центральными) элементами культуры. Поэтому Россия даже в период стабильного функционирования обращается к проблеме выбора своего дальнейшего пути развития, самоопределения и познания своей сущности. Проблема выбора для России является внутренне присущей. "Определение самобытности собственной культуры перед лицом других культур - одна из важнейших задач национального культурно-исторического самопознания, условие вписания данной культуры в культуру мировую" (1).
В процессе диалога российская культура проходила путь самоопределения, самоиндетификации, особенно при сравнении себя с тождественными культурами. С европейской культурой российская культура взаимодействовала как Я - Оно (утилитарно-практически) в
ущерб проявлению своей сущности и индивидуальности во времени без целей при неограниченной свободе, так как инициатива исходила от управляющей подсистемы. Их отношения были асимметричны и в силу этого динамичны, постепенно осознаваемы. В процессе диалога были использованы посредники (дворяне, разночинцы, интеллигенция) в передаче своего содержания при подчинении одного (России) другому (Европе).
В процессе
диалога изменяющиеся границы не привели к исчезновению общности пространства отношений (даже при конфликтных взаимодействиях, в том числе войнах). Более того, диалог приобретал значение аттрактора, хотя дальнейшее построение системы происходило в соответствии: со спецификой ее свойств, ценностей, сосредоточенных в ядре культуры, а также с ее общесистемными, родовыми свойствами.
Диалог российской культуры со славянскими либо иными тождественными соседними культурами (финно-угорскими, кавказскими, северными) при духовной близости были недолговечными, пунктирными при оценочном и познавательном отношении друг к другу до момента включения их в российскую
культурув качестве автономных периферийных элементов. Симметричные, уникальные взаимодействия без подчинения одного другому существовали спонтанно при направленности функционирования культуры на достижение положительных результатов. Это требовало сочувственного вживания в культуру иных народов, что со временем сократило охват диалогических связей после диффузии единой культуры (образования России, Украины и Белоруссии).
Отношения с окружающей средой (природой, пограничными культурами) выработали в российской культуре специфические качества. К ним относятся: синтетичность, соборность, универсальность, терпимость, жертвенность и пассивность, коллективизм, патернализм, централизм, иррационализм, бунтарство, а также проявления антиномичности: неоформленность при стремлении к целостности, незавершенность при стремлении к идеалу. Причиной тому послужила рассредоточенность недоорганизованных структур по расширяющемуся пространству без его глубокого и детального освоения.
В соответствии со стремлением российской культурной системы к определенному эйдосу, формирующему ею индивидуальные качества, управляющая подсистема для сохранения целостности и оформления границ в начальный период эволюционирования детерминировала прямые и обратные связи. При этом она уменьшала степени свободы нижележащих подсистем. Это сокращало разрушающую стихийность и/ или творческую созидательность компонентов, сжимало время действия переходных периодов с возможностью выхода из них в стабильные периоды.
По мере самореализации (через естественное следование своим традициям с привлечением новых элементов из приграничных и нейтральных областей) российская культура наращивала уникальное и специфическое путем усложнения ее структуры с объединением противоположного в интегральной (нейтральной, светской) зоне культуры. Данная зона объединила полюсные смыслы и понятия, сократила, по мере ее расширения, способы прямого оппозиционного взаимодействия. Кроме того, она сформировала условия для перехода от бинарной к тернарной структуре с более устойчивым развитием с возможной сменой доминант в наборе функций и свойств российской культуры.
Чем больше новых элементов включалось в российскую культуру извне, тем быстрее и глубже происходили ее изменения и тем глобальнее были последствия модификации культуры. Принятие новых элементов не было случайным, так как любая национальная культура заимствует только те элементы чужих культур, к восприятию которых она уже подготовлена всем ходом собственного развития, имеет некий горизонт культурных ожиданий. Принятие новых элементов в качестве своих, а не мутационных или инаковых из пограничных и нейтральных зон в дальнейшем обеспечивает их включение в ядро культурной целостности при успешной интеграции со старыми компонентами культуры. Так произошло при принятии централизованной формы государственного управления и православия.
Процессы обновления и флуктация новых и модифицированных компонентов задают пульсирующий ритм эволюционирования российской культуры. Пульсирующая эволюция, трансформирующая цикл в спираль (ультрацикл) по мере аккумуляции опыта сменяет доминирование порядка и беспорядка (измеряемых мерой согласованности) и увеличивает адаптивные возможности российской культурной системы в процессе преодоления внутренних противоречий. Сохранение через творческие модификации есть реакция на изменения окружающих систем. Его последствием явилось увеличение внутреннего разнообразия российской культуры с осмыслением культурно-исторических периодов по принципу цикличной причинности.
Внешние воздействия на равновесную культурную систему смещали ее в сторону, противоположную этому воздействию, вызывая внутренние процессы для его преодоления и восстановления равновесия. Так, результатом резкого и длительного (с последующим разочарованием) воздействия "степного" Востока стало смещение российских культурных ценностей, а также векторной направленности эволюционного процесса в сторону Запада (при его постоянном отрицании и уходе в сторону собственной самобытности из-за усиления отрицательных, часто агрессивных воздействий данной культуры).
В данной ситуации параметры порядка, в том числе язык, начинали действовать по принципу круговой причинности, трансформировались управляющими (часто одновременно являющимися и внешними) параметрами, которые задавались системой власти в государстве. Таким образом, взаимовлияния параметров и частей культуры постепенно разрушали порядок, обновляли систему сначала экстенсивно, а с конца ХVII - начала ХVIII веков - интенсивно, занимаясь не столько модификацией традиций, сколько вводом инноваций.
В периоды кризиса происходила смена и обновление
общих параметров, допускающих неточность в выборе специальных параметров порядка. Несоответствие параметров порядка в центре (в подсистеме управления) и на периферии корректировалось в процессе функционирования, что позволило гасить флуктации (бунты, восстания) в стабильные периоды до нового момента бифуркации (со сменой параметров порядка, которые подчиняли систему посредством совокупности отрицательных обратных связей, уменьшали степени свободы элементов). Смена бунташных и смутных периодов тоталитарно-деспотической властью стабильного времени закономерно в условиях специфических свойств своеобразной структуры российской культуры.
Нестабильные и конкурирующие структуры (идеи, ценности, идеалы) вызывали процессы диссипации и диффузии, размывали неоднородность в культурной системе, снижали ее энергетический уровень. Это приводило к неизбежной линейной модели управления, требующей меньших энергетических затрат, быстро стабилизирующей российскую культуру за короткий период, но на непродолжительное время. Подобные структуры замедляли развитие системы, мало влияя на стихийное экстенсивное пространственное растекание культуры в ее приграничных и нейтральных областях в процессе динамического хаоса.
Потенциальные возможности сложной российской культурной системы дополняли горизонтальные коммуникации вертикальными, в целях обеспечения самопроизводства и повышения уровня ее координации. При этом увеличивалось ее разнообразие и создавались программные специфические свойства, наряду с управляющими структурами всех видов при доминировании
одного из них. Данные свойства способствовали избирательному отбору информации, поступающей из окружающей среды (в том числе от иных культур) с последующей их взаимной модификацией и репрезентацией собственной культуры в определенный тип модели и автомодели.
Увеличение информации делало российскую культуру еще более дифференцированной. При этом параллельно создавались факторы, обеспечивающие устойчивость информации путем частичной изоляции культуры, фильтрации информации на ее границах; обозначались границы ядра культуры с объединением информационного банка (кодов символов и смыслов) с энергией в определенную форму российской культуры.
Зарождающиеся в срединной, околоядерной части системы (или вне ее) идеи-аттракторы несли основную информацию, наследуемую культурой и сохраняемую в качестве традиций, ценностей и стабильной основы ее будущего развития. Аттракторы росли, делились (расширялись) в слаборавновесной среде, активизировались в переходный период, притягивали российскую культуру к новому стабильному состоянию после взрыва и разрушения ее структур до фундаментальных основ.
Структурализация новых, модифицированных и старых элементов происходила, в том числе в соответствии с типом аттрактора. В российской культуре основными типами аттрактора являются: периодический цикл, простой аттрактор жесткого или мягкого вида, а также странный аттрактор и, возможно, в будущем - суператтрактор.
Российскую культурную систему от иных культурных систем отличают следующие закономерности развития. Предельные циклы встречаются чаще на ранних стадиях формирования культуры. Простыми аттракторами являлись как стабильные состояния европейской культуры, так и специфическая идея-аттрактор, возникшая после каскада бифуркации и перескоков между странными аттракторами и их самоподобием и динамичной симметрией в начале ХХ века. Странный аттрактор ограничивал процессы деиерархиезации, происходящие в российской культуре, а простой аттрактор - останавливал процессы иерархиезации, возникавшие в условиях взаимодействия с внешней средой. Это обусловило специфику процессов, происходящих в начале ХХ века.
При этом возникшая идея-аттрактор и эйдос российской культуры не всегда были тождественны, что приводило к непредсказуемым результатам в процессе эволюции. Возможное притяжение к суператтрактору (глобальному аттрактору) после процессов интеграции независимо от иных причин, задач функционирования и развития российской культуры может стать продуктом тесного взаимодействия между компонентами культуры, а также между культурой и окружающей средой после суперотбора и минимизации противоречий.
"Суператтрактор - предельное состояние самоорганизации. Такое состояние есть результат столкновения (взаимодействия) разных целенаправленных действий..., мешающих осуществлению друг друга."(2). Это возможно при переходе культуры в стадию цивилизации, в том числе после балансирования между простым и странными локальными аттракторами. При этом происходит неизбежная диссипация энергии при максимальной симметрии среди пирамидально-распределенных элементов с возрастанием энтропии в условиях ограничения притока новой энергии. Например, в начале ХХ века притяжение к суператтрактору было невозможно из-за нехватки энергии и несформированности данного аттрактора в условиях глобального перехода культуры и, одновременно, иных коэволюционных систем.
Объединение структур около ядра в процессе становления определяет форму и скорость развития российской культуры на определенный период. Закрепление традиций и ценностей при нарушении структур пространства и времени является закономерным и задает специфику развития российской культуры. Полная синхронизация темпоритма множества структур в широком пространстве российской культуры маловероятна и сложна. Это замедляет его освоение и делает процессы эволюционирования менее динамичными и интенсивными при постоянном исключении, распаде и даже уничтожении асинхронно развивающихся структур. Вследствие малой энергоемкости на определенную единицу пространства культуры происходит не столько обновление и создание новых, сколько формирование себе подобных структур без существенных затрат энергии на операцию сплетения при строгом контроле и коррекции управляющей подсистемы.
Поэтому попытка модификации времени, соединения несколько содержательно отличных пластов, соответствующих разным эпохам создает ситуацию поляризации и многолинейности. При этом задается многомерно-пространственная модель эволюции, происходит дисбаланс культурной целостности в темпоразвитии, как это произошло в России в начале ХХ века.
Вариант эволюционирования, действующий при избытке или достаточности энергии (когда организационное усложнение и самообновление происходит путем приспособления к себе внешней активности среды), был редко и не до конца использован в российской социокультурном развитии. Это происходило из-за быстрой потери культурой своей энергоемкости.
Накопление излишней энергии есть одна из причин закономерного для всех культурных систем проявления агрессивных действий, экспансии своих свойств, ценностей и норм на другие культуры. Расход энергии на внешние выпады среды и расширяющееся пространство снижали энергетический баланс, который усиленно расходовался на управление огромной культурной системой.
Концентрация энергии в управляющей подсистеме перерастала в агрессивные действия против собственных компонентов, их усиленному разрушению и даже уничтожению, выбрасыванию из системы (явления опричнины, высылки из страны, сталинские репрессии) только при наличии жесткой структуры и/ или после жесткого вмешательства извне. Совпадение подобных условий в культурно-историческом процессе России было редким и ограничивалось короткими периодами, после которых при увеличении флуктаций происходило перераспределение энергии на периферию, что со временем приводило к началу нового переходного периода.
Малая энергоемкость не позволяла создавать множество структурных частей и функций, поэтому смена функционирующих единиц происходила в рамках заданных им статусов. Это создавало необходимые условия для проявления жизнеобеспечивающей активности культурной системы при малом самообновлении ее компонентов. Данная ситуация обеспечивала относительный прогресс и относительную степень реализации относительного идеала при стремлении к абсолютной степени реализации абсолютного идеала.
Замедленный или ускоренный (по сравнению с иными культурами) темп является средним для собственной культуры, так как выбор оптимального, в том числе и темпа, не значит выбор лучшего. В данном темпе закрепление мутаций, новых идей в российской культуре менее вероятен (чем быстрее сменяются периоды, тем больше возможностей для закрепления мутаций), но достаточен для проявления множества случайностей в процессе эволюционирования. Это способствует как снижению динамики, так и появлению и проявлению отрицательных для культуры идей и ценностей, а также увеличению амплитуды и количества флуктаций с последующей малой стабильностью данной системы. При ускорении эволюционного процесса "мутационные идеи" элементов-медиаторов (интеллигенции) получили большую возможность для выживания, что ускорило разбалансирование и увеличило дестабилизацию российской культуры на последних этапах ее культурно-исторического развития.
Распространению мутаций (новых или качественно модифицированных идей, теорий, с положительным, то есть созидательным или отрицательным - разрушающим значением) и чрезмерному увеличению новых компонентов препятствовали параметры порядка (государственные, социальные, религиозные институты и язык). Параметры порядка подчиняли моды и гармоники по принципу самоотбора и круговой причинности, действуя в диссипативных структурах (государство в обществе) как ограничители скорости их развития путем уменьшения их степеней свободы. В то же время параметры порядка создали новые знаки, символы (гербы, гимны), объединяли их в языковые сети и выстраивали элементы в структурах культуры по своим правилам и принципам.
Особые элементы - моды и гармоники выполняли специфические функции (гармонизировали систему в период хаоса и дестабилизировали ее для дальнейшего развития в период гармонии). Свойства этих элементов определялись свойствами культурной системы и способами ее возбуждения. Они не искажаются при прохождении через любой компонент культуры.
Моды и гармоники различаются скоростью и периодичностью, продолжительностью своих колебаний (моды более медленные). Моды и гармоники никогда не затухают полностью, постоянно конкурируют в своих колебаниях между собой, делают структуру нелинейной в своей устойчивости. При сближении частот мод, превышении амплитуды их колебаний и порога устойчивости, происходит спонтанный захват, доминирование одной частоты по которой начинает колебания вся система. Столкновение гармоников вызывает шум, также предшествующий перестройке системы в процессе самоорганизации. Некоторые моды и гармоники попадают в систему извне в период хаоса. Самоорганизация уменьшает количество гармоник с большой амплитудой, контролируя в сторону их погашения высоту и скорость оставшихся гармоник и мод.
Постоянно колеблющиеся и стабильные элементы способны к инверсии и медиации. Инверсия (переворачивание) - тип перестройки элементов, когда происходит переворот генетического материала (информационной памяти) на сто восемьдесят градусов с изменением чередования ячеек памяти в пределах генов (каналов), хромосом (пульсирующих частей канала). Медиация есть проявление свойства активности какого-либо компонента культуры, через который в ней происходят контактные взаимодействия. Медиаторы (посредники) действуют на границе, иногда - на периферии системы и являются начальным звеном в передаче информации. Они регулируют скорость, частоту информации, удаляют лишнюю информацию, корректируют процессы попадания информации извне.
Например, модами в российском обществе являются крестьяне - земледельцы, а в культуре - идеи, а особенно идеалы, ценности, то есть средства их воплощения. Функцию гармоник в обществе выполняли дворяне, позже - интеллигенция, а в культуре - идеология. Нестабильные элементы подают новые идеи, призывая к новации или возвращению к традициям, вступая в борьбу с системой путем протестов, бунтов, восстаний. Роль медиаторов чаще всего в российском обществе исполняют чиновники, а в культуре - практически любой элемент в зависимости от его положения в структуре системы, чаще всего из области права, морали и нравственности.
Параметры порядка, изменяющиеся по логической кривой по мере удвоения информации, образуют циклы развития культуры. Медленно растущие параметры со временем перегибаются на две бифуркационные ветви, что приводило к государственным бунтам, расколу церкви, образованию двух полярных лагерей российской интеллигенции (западники и славянофилы, либералы и социалисты, демократы и коммунисты).
Улучшение работы одного параметра ухудшает работу других. При этом происходит смена соответствующей сферы доминирования подсистемы (церковь или государство, экономика или политика, политика или идеология, пространство или время). Доминирующие сферы и параметры не могли полностью контролировать процессы российской культуры из-за наличия скрытых степеней свободы (больше, чем в других культурах), которые реализовались в стихийных проявлениях (положительных и отрицательных) компонентов культуры в форме идеала вольной жизни, произвола бюрократии, идей декабристов и разночинцев. Объединение нескольких параметров (разных типов и видов) создавало параметры порядка мезоуровня, которые выполняли функции посредников и занимались поиском оптимальных решений (например, земство).
Новые параметры, качества российской культуры во многом определялись в процессе выбора, совершаемого в переходные периоды. Чем больше совершенствовалась культура, тем дольше, сложнее и разнообразнее были переходы из одного состояния в другое (с большим размыванием границ между этими состояниями) и тем менее вероятен был положительный результат перехода на более высокую иерархическую ступень.
Удлинение периода хаотизации происходило за счет увеличения предкризисного времени подготовки изменений и послекризисного времени малой стабильности, когда происходил процесс формирования структур, в том числе и ментальных. Скорость формирования данных структур со временем увеличивалась, они становились более сложными и менее стабильными, более чувствительными к изменениям, а ментальные структуры при ускорении развития не успевали сформироваться в единую целостность.
По мере трансформации культурной системы, изменялись и спектры ее эволюционных путей будущего развития. В российской культуре выход в новое стабильное состояние из динамичного хаоса усугублялось тем, что во время бунтов, революций происходил перерасход духовной энергии, вследствие чего система выживала за счет сосредоточенных в ядре ценностей, традиций, веры, обычаев, норм и правил. Пополнение опустошенной системы требовало большой духовной активности от следующего поколения, накапливающего информацию, более устойчивую к внешним и внутренним воздействиям.
После глобального кризиса начала ХХ века из-за дисбаланса культуры (вследствие сдерживающего развития синтезирующих компонентов) периоды хаотизации стали сокращаться пропорционально периодам стабилизации с учетом прошлого опыта системы, сохраняющегося в ее памяти. Увеличение гибкости, динамичности и диссипации в конце ХХ - начале ХХI веков сделали российскую культуру менее устойчивой к глобальным разрушениям и деградации, но более динамичной и быстро реагирующей на внешние и внутренние изменения.
Смена иерархии (создание единого государства, империи) и деиерархии (их разрушение и диффузия) постепенно увеличивало количество структур. Это происходило в неравновесные и диссипативные периоды развития русской культуры. Они доминировали во времена языческой Руси, во время татаро-монгольского ига, при становлении Московского царства и утверждении самодержавия, при смуте и расколе, во время крестьянских реформ середины ХIХ века, при трех русских революциях начала ХХ века, во время гражданской войны и в период НЭПа, в периоды оттепели и перестройки. Данные процессы были свойственны и равновесным периодам (доминировали во времена Киевской и Московской Руси, в Петровско-Петербургский период, в эпоху строительства социализма и в России начала ХХI века). Параллельно увеличению структур происходил рост параметров, что также способствовало усложнению переходов.
Внешние (природно-биологические и социально- общественные, пространственные и временные) и внутренние (целостность и расщепленность, стихийность и упорядоченность); управляющие (политическо-идеологические - в том числе и форма власти, мировоззренческие и сознательно-разумные) и параметры порядка (меры: упорядоченности и изменчивости, стабильности и нестабильности), а также локальные и критические параметры задают определенную классификацию периодов российской культуры.
Кроме того, на специфику функционирования и развития российской культуры повлияло то, что элементы-медиаторы между бинарными полюсными противоположностями относились к короткоживущим переменным. Они были зачастую асинхронны по отношению к ритмам доминирующих подсистем, выпадали на периферию и за границы системы, либо уничтожались как мутационные компоненты.
Элементы, выпавшие из системы (эмигранты) исчезали, растворялись в иной культуре либо входили в нее в качестве субкультуры, незначительно влияя на ее качественные характеристики, увеличивая разнообразие целостности и корректируя процессы разрастания нейтральной зоны, поглощающей культурную специфику данных цивилизаций. Элементы-медиаторы при их малой значимости и недостаточной функциональности успевали интегрировать приходящие (часто с запада) идеи и ценности в российскую культуру, задавая флуктационные колебания, заставляющие перестраиваться и изменяться основные компоненты системы.
Разногласия элементов-медиаторов не только с доминирующими компонентами российской культуры, но и между собой из-за чрезмерного восприятия внешней, реже внутренней информации повышало их активность и мобильность. При этом снижалось качество общего результата (не достижение цели), так как встречные флуктации гасили друг друга, производя шумовой эффект и мешая усвоению информации, вызывая энтропию и временно дестабилизируя систему без ее коренных изменений.
Противоречия данных элементов увеличились после замещения культуры ее моделью (спор западников и славянофилов) на этапе вхождения культуры в состояние саморегуляции. Неполное соответствие и подобие модели, а позже и автомодели оригиналу вызвало неадекватные реакции российской культурной системы на окружающую среду. При этом была ослаблена функция адаптации и усилена функция защиты с последующей сменой: характеристик культуры, темпа и ритма, но не вектора развития. Данная ситуация создала условия для появления "железного занавеса" в новый период стабилизации (при создании СССР).
По мере восстановления энергетического баланса и информационного банка, российская культура обретала все более сложную и совершенную форму, увеличивала свои размеры и повышала уровень упорядоченности, замедляя темпы своего изменения и развития. Накопление непоглощенной и непереработанной информации извне со временем приводило к дисбалансу культуры, торможению и невозможности дальнейшего развития. После смены функциональности дисфункциональностью с необратимыми и непредсказуемыми последствиями в ХХI веке возможна как гибель, так и усложнение организации при накоплении избыточного разнообразия в период преодоления кризиса.
Сокращение разнообразия российской культуры в стадии цивилизации, а также вариантов развития и количества групп, борющихся за реализацию своей цели и вектора развития, ведет к выравниванию элементов и забыванию, искажению начальных данных (истории). Данные процессы в период очередного кризиса могут привести к новому динамичному хаосу.
При неблагоприятных условиях, в том числе из-за недостаточного количества энергии русская культура после очередного кризиса может быть притянута собственным (либо в силу сложившихся обстоятельств - западным) простым аттрактором жесткого вида. Целенаправленное возрождение в центре и качественные положительные изменения на периферии с дальнейшим усложнением и совершенствованием культурной системы может привести к динамичному хаосу с глобальным аттрактором (суператтрактором), созданию суперсистемы в рамках глобальных мировых культурных процессов.
Уменьшение агрессии как проявления энтропии и увеличение информативного потока является одним из условий для стабильного развития нелинейной сложной системы. На этапе перехода в стадию цивилизации в российской культуре создаются более благоприятные условия для дальнейшей интеграции с окружающими ее культурными системами при совпадении их темпоритма развития. При этом важно сохранить разнообразие, целеустремленность и организацию, так как чем сложнее система, тем труднее выявить закономерности ее функционирования и развития.
Период рубежа ХХ-ХХI веков характеризуется либерально-демократической протополиидеологической властью, рекапиталистической идеологией, преобладанием внутренних государственно-экономических факторов влияющих на внешнюю и внутреннюю среду системы. Это создает условия для формирования автомодели культуры, корректирующейся по мере изменений до ее полной консервации.
Доминирование динамических элементов и увеличение темпоритма развития (особенно в материальной и физической подсистемах) на этапе самоорганизации при сжатии информации и формализации культурного опыта задает возможность выхода через суператтрактор в следующий период. При этом изменяются доминанты специфических черт российской культуры. Данная эпоха будет характеризоваться наличием стабильных элементов, единой идеологией и высоким уровнем информационного развития. Элементы не смогут "испускать сигналы" в окружающую среду и система сама выйдет во внешний мир на уровень контекста, возможно через всемирные организации типа ООН, а также внешне экономические и политические договоры, контракты, союзы типа Евросоюза.
После замены диссипативных (криминальных) локальных параметров порядка, новые параметры порядка системы подстроили под себя остальные элементы, упрощая систему согласно закономерностям ее развития. Управляющие и критические параметры обрели новые значения, выстраиваясь в иерархическую последовательность, контролируя флуктации (колебания экономических, общественных и политических групп) и определяя корреляционные функции, а также условия причинности появления иных функций культуры.
Развиваясь по цикличной схеме: интеграция - дезинтеграция - интеграция, сжимая и перекодируя смыслы информации, сохраняя и надстраиваясь над устаревшими слоями, задавая смысловой каркас будущей истории и предопределяя ее конфигурацию, российская культура создает неповторимость и специфичность как всей системы в целом, так и взаимодействующих, взаимопересекающихся с ней систем. "Русская культура к концу ХХ века обрела единство и целостность... ее монументальность прямо предполагает неограниченный плюрализм; диалог различных и противоречивых тенденций не исключает их напряженной борьбы и взаимной нетерпимости; интеграция полярных и антиномичных сил и процессов в нормативном поле единой культуры не препятствует их взаимной автономии и вседозволенности при самоутверждении."(3). В том числе дальнейшее влияние как западной, так и восточной цивилизаций и их значение для России остаются неопределимы. С учетом алгоритма развития российской культуры можно предположить увеличение взаимосвязей между цивилизациями (с выделением приоритета восточного/южного направления), их интеграцию в материальных сферах при сохранении духовной специфики, собственного вектора развития.
Возврат к традиционным основам и возрождение культуры через восстановление духовной подсистемы возможен в культурной системе только в период ее становления. "Развитие культуры циклично, и подчинено синусоидным колебаниям"(4), которые возвращают систему к ее истокам, выходя на новый, более сложный уровень развития.
Цикличная смена периодов, свойств, элементов; повторение принципов и законов функционирования и развития на новых уровнях возможно, в том числе и за счет включения устаревших элементов, слоев с сохранением памяти об основных, доминирующих функциях, характеристиках при их управлении, организации, планировании, контроле, корректировании параметрами системы. Более того, изменение комбинаций первичных элементов в совокупности с действием окружающей среды задают уникальность и неповторимость, специфичность русской культурной системы как в прошлом и настоящем, так и в будущем.
1. Русская культура и мир: Тезисы докладов участников II международной научной конференции. - Нижний Новгород: НГЛУ им. Н.А. Добролюбова, 1994. - С.70.
2. Синергетическая парадигма. Человек и общество в условиях нестабильности. /Сост. и отв. ред. О.Н.Астафьева. - М.: Прогресс-традиция, 2002. - С.45.
3. Кондаков И.В. Архитектоника русской культуры. //Общественные науки и современность. 1999. - N 1. - С.171.
4. Лотман Ю. Внутри мыслящих миров. Человек - текст - семиосфера - история. - М.: "Языки русской культуры", 1999. - С.194.
