Основные тенденции в развитии традиционных субъектов международной обстановки – наций-государств

Традиционный долгосрочный прогноз развития МО основывается на долгосрочном прогнозе развития наций-государств, точнее, – ведущих государств, отношения между которыми во многом и определяют характер международных отношений: в XIX веке это были отношения между Великобританией и Францией, либо между Германией и Францией, либо между Россией и Великобританией, в которых в разные периоды участвовали Австро-Венгрия, Пруссия, Италия и другие, менее значимые европейские государства[4].

В XX веке круг таких государств расширился, но доминирующее влияние великих держав сохранилось, что очень хорошо видно на примере Второй мировой войны и послевоенного противостояния, получившего название «холодная война». В конце XX века относительное значение великих держав и их национальной политики существенно сократилось за счет усиления значения других факторов формирования МО[5]. Это сокращение влияния наций-государств не привело к его полному уничтожению или замещению влиянием глобальных тенденций мировой политики. На мой взгляд, можно говорить об изменении формы этого влияния, превращение влияния наций-государств во влияние наций-лидеров ЛЧЦ.

Кроме того классическое противоборство наций-государств в XXI веке сохранится, хотя оно неизбежно трансформируется в участие тех или иных государств в коалициях – международных, цивилизационных, политических, экономических и других, – а также будет находиться под влиянием цивилизационных факторов.

Процессы глобализации неизбежно стирают межгосударственные и межнациональные различия, но эти различия совсем не исчезают, они трансформируются в межцивилизационные противоречия. Соответственно и влияние национальных государств на формирование МО ослабевает, что вносит существенные изменения в весь процесс формирования МО и, вероятно, такое ослабление будет только усиливаться, более того, во многом даже вытесняться другими факторами, прежде всего цивилизационными и международными. Если попытаться оценить изменение значения государства-нации в будущем сценарии формирования МО количественно, в условных баллах, то ситуация может выглядеть следующим образом середине XXI века:

Как видно из самых приблизительных оценок, влияние собственно наций-государств и их национальных политик в XXI веке достаточно быстро сокращается, «размывается» другими факторами формирования МО. Прежде всего усилением влияния ЛЧЦ, мировых трендов и негосударственных акторов. У великих государств и стран-лидеров ЛЧЦ по сути остается выбор: либо входить в орбиту страны-лидера той или иной ЛЧЦ, теряя свое значение в качестве самостоятельного субъекта МО (что наглядно видно на пример Франции, Великобритании и Германии не говоря уже о государствах «второго эшелона» в Европе и на других континентах), либо пытаться самим превращаясь в такого лидера ЛЧЦ, что во многом предопределено объективными условиями и наличием ресурсов.

Субъектность государств-наций таким образом будет становиться в XXI веке важным не сама по себе, а потому, что она будет центром политического и экономического притяжения других государств, наций и акторов мировой политики, входящих в ЛЧЦ и соответствующую коалицию. Это явится в конечном счете важнейшим условием консолидации вокруг одной локальной человеческой цивилизации, превратившейся в мировой центр силы[6]. Для России, например, это перспектива становления «российского ядра» в качестве центра российско-евразийской цивилизации и нового центра силы. В этом проявляется историческое значение российской цивилизации и России как государства: уже в начале XXI века перед Россией встал этот выбор в пользу вхождения в орбиту западной ЛЧЦ, либо формирования своего лидерства в собственной ЛЧЦ.