Семенов Д.В. - к. психол.н., доцент Владимирского государственного университета
По данным руководителя ФСКН России В.П. Иванова "...за последние 20 лет количество стоящих на учете наркозависимых, вовлеченных в наркопотребление, выросло почти в 10 раз и составило величину, в 7-10 раз превышающую соответствующие показатели стран Европейского Сообщества... За последние 5 лет за незаконный оборот наркотиков в нашей стране было осуждено почти полмиллиона человек. Если добавить к этому задержанных и привлекаемых к уголовному преследованию, то только выявленное число вовлеченных в наркокриминал сопоставимо с числом военнослужащих Российской армии... Резко ухудшилась сама структура наркомании в отношении типа наркотиков. Она сместилась в сторону героина и других "тяжелых" наркотиков. Резко снизился возраст наркоманов, среди наркобольных начала расти доля женщин... На сегодня количество наркозависимых составляет... примерно 2-2.5 миллиона человек или почти 2% населения страны. Ежегодно в России от приема наркотиков умирает, по официальным данным, порядка 10 000 человек. По некоторым оценочным сведениям эта цифра составляет порядка 30 000 человек, в подавляющем числе случаев - молодых людей". Эти данные не включают статистики смерти наших сограждан по причине злоупотребления алкоголем и токсическими средствами, включая табакокурение. Такие цифры будут более чем катастрофическими. Все эти показатели позволяют утверждать, что профилактика наркологических заболеваний в России является важнейшей проблемой государства.
С 1995 года мы изучаем социально-психологические механизмы формирования наркотизации, алкоголизации молодежи и на основании результатов исследований разрабатываем направления профилактической работы по предупреждению девиантного образа жизни. Результаты наших исследований показывают, что ведущую роль в формировании наркотизма или аддикции у подростков играют следующие социально-психологические факторы: 1) общение со сверстниками или группой сверстников, злоупотребляющих психоактивными веществами (ПАВ); 2) негативное влияние средств массовой информации и массовой культуры, в форме трансляции негативных эталонов личностей, ведущих девиантный образ жизни. Оба эти фактора неразрывно связаны друг с другом и механизм становления аддикции включает в себя их сочетаемое воздействие.
В современной научной литературе выделились два подхода к трактовке термина аддикция (англ. addiction - пагубная привычка, страсть). В первом подходе аддиктивность связывается с употреблением каких-либо психоактивных веществ, а во втором - практически с любыми проявлениями жизнедеятельности человека. Причем понимание аддикции зарубежными учеными несколько отличается от сложившихся научных позиций по данной проблеме в России. Так, в психологической энциклопедии отмечается: "Слово "аддиктивный" (привыкший, пристрастившийся) приобрело значение, выходящее за рамки определения аддикции, данное ВОЗ как состояния периодической или хронической интоксикации, вызванной повторным употреблением естественного или синтетического вещества, к которому имеется непреодолимое (компульсивное) влечение, сопровождаемое тенденцией к увеличению доз, повышением толерантности и синдромом отмены, при которых всегда имеется психическая и физическая зависимость от эффекта вещества. В разговорном английском слово addiction может быть отнесено практически к любому веществу, занятию или взаимодействию. Теперь говорят, что у людей "есть аддикция" к пище, курению, азартным играм, покупкам, работе, игре и сексу".
В России представители второго подхода понимают аддиктивное поведение как одну из форм деструктивного поведения, которое выражается в стремлении к уходу от реальности посредством изменения своего психического состояния, что достигается различными способами: фармакологическими (прием веществ, воздействующих на психику) и нефармакологическими (сосредоточение на определенных предметах и активностях, что сопровождается развитием субъективно приятных эмоциональных состояний). Авторами выделяются основные виды аддиктивных реализаций (прием алкоголя; прием веществ, изменяющих психическое состояние, включая наркотики, лекарства, различные яды; участие в азартных играх, включая компьютерные; сексуальное аддиктивное поведение; переедание или голодание; "работоголизм"; длительные прослушивания музыки, главным образом основанной на ритмах). А.Ю.Егоров предложил классификацию нехимических аддикций, к которым он относит: патологическое влечение к азартным играм (гемблинг); эротические аддикции - любовные, сексуальные; "социально приемлемые" аддикции - работоголизм, спортивные (аддикция упражнений), отношений, к трате денег (компульсивный шоппинг), религиозную; технологические - интернет-аддикции, аддикцию к мобильным телефонам, другие технологические аддикции (телевизионная аддикция, тамагочи-аддикция и др.); пищевые аддикции - к перееданию, к голоданию .
К первому подходу - основанному на позиции ВОЗ - относится определение С.А. Кулакова: "Аддиктивное поведение - вид нарушения адаптации в подростковом возрасте, который характеризуется злоупотреблением одним или несколькими ПАВ без признаков индивидуальной психической или физической зависимости в сочетании с другими нарушениями поведения" . (Именно в данном понимании термины "аддикция", "аддиктивность", "аддиктивное поведение" будут использоваться далее в тексте - Прим. авт.). Автор дифференцирует аддикции от компульсивного поведения, под которым подразумевает поведение или действие, предпринимаемое для интенсивного возбуждения или эмоциональной разрядки, трудно контролируемое личностью и в дальнейшем вызывающее дискомфорт, отмечая, что такие паттерны поведения могут быть как внутренними (мысли, образы, чувства), так и внешними (работа, игра). К компульсивному поведению С.А.Кулаков относит переедание, стремление к снижению веса, стремление к риску и стрессу, потребность быть занятым ("трудоголики"), стремление к достижениям, потребность в физических упражнениях, частую смену сексуального партнера, потребность покупать или приобретать вещи, бесконтрольное увлечение различными играми (азартными, компьютерными), Интернетом. Такое поведение становится патологическим, если оно отражает единственный способ совладания со стрессом или получения удовольствия.
Аддиктивное поведение у подростков, как и другие поведенческие девиации, являются следствием и выражением дезадаптации, сопровождается разнообразными нарушениями и специфичными особенностями в сфере общения. Практически все подростки с аддиктивным поведением имеют акцентуации характера - в первую очередь эпилептоидного, гипертимного, лабильного, истероидного, неустойчивого типов. Встречается аддиктивное поведение у подростков из семей полных и неполных, "благополучных" и "неблагополучных", с различным экономическим положением и социальным статусом родителей. Дезадаптация естественна для подросткового возраста, поведенческие проявления ее многообразны, а употребление алкоголя, наркотических и токсических средств является характерным поведенческим проявлением подростков.
В чем же своеобразие аддиктивного поведения? Феномен наркотизации весьма специфичен и отличен от других форм девиантного поведения. Его специфичность заключается в том, что на начальных этапах наркотизации употребление ПАВ происходит в группе. Первые пробы совершаются не без помощи более опытного, "уважаемого" подростком товарища-аддикта, знающего, где достать наркотик и как его употребить. Особо значимыми являются лидеры, которые наиболее полно воплощают в своей активности групповые ценности (в данном случае наркоманические), взамен получая наиболее высокий статус в группе, возможность максимального влияния на ее жизнь (вовлечение в наркотизацию). То есть, аддикция инициируется общением с лицами, группой лиц (в том числе семья, в которой имеются родственники, злоупотребляющие алкоголем, наркотиками) уже имеющих опыт употребления ПАВ. Общение с такими значимыми людьми (реальными или идеальными) является единственным действительно достоверным фактором риска алкоголизации или наркотизации подростков. Итак, на начальных этапах наркотизации употребление ПАВ происходит под влиянием лидера.
Лидерам-аддиктам свойственны эпилептоидные черты характера и стремление к самоутверждению в неформальной группе. При этом эпилептоидность сочетается с неустойчивостью у мальчиков и истероидными проявлениями - у девочек. Эпилептоидные тенденции говорят о напряжении базисных влечений у лидеров и проявлении соответствующих потребностей. В целом, им свойственны импульсивность, агрессия, тревожность, присущие гипертимному типу реагирования (сильному типу высшей нервной деятельности). В связи с дезадаптацией, такие подростки не могут нормативным путем удовлетворить или "укротить" свои потребности. Средства массовой коммуникации и массовой культуры, ближайшее окружение, представляют им широкий спектр имиджей людей с такими же как у них психологическими характеристиками, и которые без труда удовлетворяют аналогичные потребности. То есть "эталонами" для аддиктов являются имиджи индивидуумов с отклоняющимся поведением, ведущих девиантный образ жизни, включающий в себя употребление алкоголя, наркотических и токсических средств. Осознанно и неосознанно лидеры аддикты принимают нормы и ценности девиантного образа жизни и реализуют "эталонное" девиантное поведение. Лидеры успешно реализуют действия по удовлетворению потребностей, которые не удовлетворены, актуальны у не лидеров. Именно успешность в удовлетворении потребностей данными подростками и делает их лидерами, значимыми другими, эталонами в восприятии сверстников, у которых такой успешности нет. Таким образом, лидеры-аддикты воплощают в себе нормы, ценности "девиантного образа жизни" (в том числе наркоманические), распространяют их в неформальной группе подростков и являются инициаторами наркотизации.
Рассмотрим механизм влияния лидера на подростков в процессе общения.
Как известно, непосредственное общение начинается с взаимного восприятия. Результатом его является формирование перцептивного образа, который у аддиктивных подростков имеет своеобразие, как на аффективном, так и на когнитивном уровнях.
На когнитивном уровне восприятия подросткам с аддиктивным поведением свойственны следующие особенности: а) недифференцированность когнитивных оценок людей с различной психической патологией; б) зависимость содержания когнитивной оценки других людей от социальных эталонов; в) независимость понимания других людей от характерологических особенностей воспринимающих подростков и типологических особенностей воспринимаемых взрослых.
Подробнее остановимся на содержании этих особенностей.
Оценка другого человека в общении зависит от уже имеющихся у субъекта знаний, от его опыта общения. Знания о других людях получаются из средств массовой коммуникации и массовой культуры, а также в непосредственном общении с другими людьми. У детей подросткового возраста уже имеются определенные стереотипы в понимании других людей, референтные группы, отдельные значимые другие. Самой яркой особенностью когнитивного уровня социальной перцепции подростков с аддиктивным поведением является зависимость их оценивания другого человека от социальных эталонов, от мнения значимых лиц из ближайшего окружения (лидеров) и от норм, ценностей значимых "героев" средств массовой информации, культуры. Данные мнения и влияния настолько сильны, что даже если "оцениваемые" являются антисоциальными, криминальными или психически больными людьми (что проявляется в их нормах, ценностях, поведении, внешнем виде и пр.), сложившееся у подростков воззрение будет относить этих лиц к "эталонным".
На аффективном уровне восприятия у подростков с аддиктивным поведением также имеется своеобразие:
а) эмоционально-положительный выбор подростков с аддиктивным поведением падает на лиц лидирующих, заведомо занимающих доминирующую позицию по отношению к ним, импульсивных, агрессивных, тревожных, в целом проявляющих гипертимный тип реагирования ("сильный" тип высшей нервной деятельности) - это аффекивный шаблон восприятия значимого другого;
б) эмоционально-отрицательный выбор подростков с аддиктивным поведением падает на лиц с тенденциями сексуальной недифференцированности и депрессивности, как обладателей таких личностных особенностей как интровертированность, пассивность, эмоциональная ранимость, т.е. свойственных гипотимному, инертному типу реагирования ("слабый" тип высшей нервной деятельности) - это аффекивный шаблон восприятия отвергаемого другого;
в) аффективная сторона межличностного восприятия у аддиктивных подростков обусловлена напряжением базисных влечений, а также микро- и макросоциальными факторами, формирующими или актуализирующими устойчивые потребности. Под воздействием влияния социальной среды (в том числе информационного) у подростков формируется аффективный шаблон восприятия значимого лица.
Рассмотрим типичные "эталоны" подростков с аддиктивным поведением, имиджи которых имеются в средствах массовой коммуникации и массовой культуры, демонстрирующие девиантный образ жизни:
Звезды (шоу-бизнеса, культуры, политики). Это реальные очень известные и популярные люди, у многих из них есть поклонники и подражатели. В том или ином виде они постоянно присутствуют в средствах массовой коммуникации и воплощают собой эталон успешности. Многие из этой категории людей злоупотребляют алкоголем, некоторые употребляют наркотические и токсические средства, что широко обсуждается на страницах печатных изданий, в Интернете, в телевизионных программах (например, лидер рок группы The doors - Джим Моррисон - злоупотреблявший алкоголем, наркотиками и умерший в 29 лет от сердечного приступа или лидер рок группы Nirvana - Курт Кобейн - погибший от передозировки наркотиками).
Элита - это образы людей или реальные люди, занимающие высшие ступени в социальной иерархии и в собственном кругу, в роскоши, получающих различные удовольствия, включая употребление наркотиков, алкоголя. Образы таких "героев" широко представлены в литературе, телевидении, кино, других средствах массовой коммуникации и культуры, в том числе в рекламе (например, граф Монте-Кристо или высокопоставленный чиновник в телесериале).
Мистики - употребление наркотических веществ данной категорией людей или персонажей обусловлено мистическими традициями разных культур, псевдорелигий, сект, в которых для вхождения в особые "мистические" состояния используются различные токсические и наркотические средства. В наркотически измененных состояниях сознания данные персонажи якобы совершают сверхъестественные действия, становятся могущественными, управляют судьбами других людей и т.п. Данная категория эталонных лиц наиболее древняя и исторически обусловлена. Так, в пределах большинства культур употребление ПАВ инициировалось и регламентировалось строгими традиционными ритуалами с помощью лидера - шамана, жреца, служителя культа, вождя и т.д. У современных подростков такими "героями" являются шаманы, мистики, колдуны и другие подобные персонажи из телепередач, кинофильмов, книг и статей (например, Дон Хуан из книг Карлоса Кастанеды или сатанисты из современных российских хроник).
Криминальные - бандиты, гангстеры, преступники, "воры в законе" и т.п. Они отрицают мораль, законы, труд, семью, шикарно транжирят преступно нажитые деньги, употребляют наркотики, алкоголь, токсические средства. Весь модус поведения таких людей или персонажей направлен на получение удовольствия путем легкой, преступной наживы и насилия (например, персонажи Джона Траволты и Умы Турман из фильма "Криминальное чтиво", бандиты из телесериала "Бригада" и многие другие).
Случайные - это неизвестные, ни чем особо не выделяющиеся из общей массы индивидуумы, злоупотребляющие алкоголем или наркотиками, о которых имеются единичные упоминания или сюжеты в средствах массовой коммуникации .
Злоупотребление ПАВ, включая алкоголь, сопровождается деформациями общения. Эти деформации зависят от длительности злоупотребления и имеют этапное прогрессирование .
На первом этапе преобладает субъективное облегчение общения: создается иллюзия, что ПАВ улучшает эффективность взаимодействия людей, устраняет психологические задержки, нивелирует исходное эмоциональное состояние, делает общение эмоционально насыщенным. ПАВ здесь выступает как условие удовлетворения потребности в общении.
На втором этапе условие становится облигатным. Полноценное общение без этого условия невозможно. Трансформируется сам процесс общения, вырабатывается стереотипная форма общения (клиширование). Общение теряет свое качественное многообразие, различные его формы и варианты начинают один за другим отпадать, уступая место одному, принятому данной личностью. Процесс общения уплощается, теряет своеобразие, ситуационную обусловленность. Акты общения клишируются, становятся похожими друг на друга как близнецы. Начавшись, общение развертывается по унифицированному сценарию. В каждый момент известно, что будет потом. Фиксируются не только общая сюжетная линия и тема беседы, но даже шутки, речевые обороты, все приобретает тенденцию к повторению. Общение вне этого стереотипа, без основного его условия делает контакт "сухим", эмоционально пустым, формализованным и не сопровождается полным удовлетворением потребности в общении.
На третьем, заключительном, этапе потребность в общении угасает. Прием ПАВ из условия становится самостоятельным и даже доминирующим (смыслообразующим) мотивом поведения. Этому соответствует изменение объекта взаимодействия (круга общения). Из взаимодействия выпадают лица, не употребляющие ПАВ, так как человек предпочитает общаться с теми людьми, чье отношение наиболее близко его самосознанию. Круг лиц привычного общения суживается и часто исчерпывается своей алкогольной или наркотической группой.
При большой продолжительности алкогольной или наркотической зависимости у больных устанавливаются эмоциональные отношения, связи не с другими людьми, а с неодушевленными предметами или явлениями. Эмоциональные отношения с людьми теряют свою значимость, становятся поверхностными, к глубоким положительным отношениям они не способны и избегают ситуаций, связанных с ними. В общении пытаются манипулировать другими людьми, часто говорят неправду, не сдерживают своих обещаний, отличаются необязательностью, несоблюдением договоров, стремятся обвинять невиновных, (даже если известно, что человек на самом деле не виноват), уходят от ответственности в принятии решений и перекладывают ее на других, ищут оправдательные аргументы в нужный момент. Также наркологические больные утрачивают способность ставить себя на место партнера, сопереживать, представлять, каким воспринимают тебя окружающие (нарушение идентификации, эмпатии, рефлексии) .
У подростков, употребляющих наркотики, глубоко нарушается интерперсональное общение в сферах отношения к отцу, матери, семье, ко всем людям в целом. Уровень конфликтности повышается, распространяется на все сферы отношений молодого человека. Такие подростки склонны к сокращению дистанции межличностного общения с наиболее значимыми для них представителями микросоциальной среды. В процессе формирования наркомании и нарастания социально-психологической дезадаптации подростков укорачивание дистанции распространяется на общение с большинством коммуникантов .
Как подростки, так и взрослые люди, злоупотребляющие наркотическими веществами в общении склонны использовать методы самозащиты, которые дают им возможность "не замечать" существующих проблем. При "Отрицании" они ведут себя так, как будто проблемы не существует, и отрицают тот факт, что употребление наркотиков вышло из-под контроля. В тех случаях, если даже злоупотребление наркотиками и признается проблемой, то её важность недооценивается, поскольку находятся различные оправдания, например стрессорная ситуация дома или на работе ("Оправдание поведения"). Часто злоупотребляющий наркотическими средствами видит причину своей зависимости в других людях. Например, алкоголик может обвинить "сварливую жену" или "неуправляемых детей" в том, что из-за них он употребляет алкоголь в больших количествах ("Перекладывание ответственности на других людей"). Для таких людей типичными бывают высказывания: "Я выпиваю только по выходным", "Я всего лишь навеселе", "Я могу выпить много, но не столько, сколько...>> ("Преуменьшение важности проблемы"). Общение в семьях, где злоупотребляют наркотическими веществами, часто построено на лжи и неискренности .
Невербальное общение и поведение людей больных алкоголизмом и наркоманиями также имеет своеобразие свойственное представителям девиантного образа жизни. Для них типична поза подчинения - голова опущена, а руки заведены назад. При этой позе отмечается тенденция к сгибанию коленей и опусканию головы. Данная поза часто отмечается при наркоманиях, алкоголизме у людей с периодами длительной депривации (тюремное заключение). При взаимном контакте часто отмечается поза на корточках. При контакте с больными индивидуальное расстояние по мере контакта все время увеличивается, они часто смотрят по сторонам или "за" собеседника. В период абстиненции характерны уменьшение плеча (признак подчинения), быстрые смены манипуляционной активности (манипулирование одеждой, частями тела, пищей и предметами).
Больные наркоманиями при разговоре часто смотрят вверх. Отмечается сочетание прищуренных глаз с пристальным взглядом, тусклые и "свинцовые" глаза, отсутствие глазного контакта с собеседником, часто переводят глаза на собственные руки. У многих проявляются ранние горизонтальные морщины и диссоциированная мимика. Ориентация к новому стимулу (собеседнику) при контакте наблюдается не сразу, а через латентный период. Невербальные компоненты речи проявляются сниженной напряженностью при длительных паузах между словами и тихом голосе. Приветствие на расстоянии также своеобразно. При наркоманиях отмечают как редуцированные формы приветствий, так и чрезмерную их выраженность, одного из компонентов - такую чрезмерность связывают с распространенной в среде наркоманов специфической ритуализированной формой приветствия с акцентом на жестовом компоненте. В момент приветствия у них часто наблюдается вытягивание губ в хоботок, жесты преимущественно кистью и пальцами без участия всей руки, редко встречается жестикуляция всей рукой - чаще кистью и пальцами, а жест носит эгоцентрическую ориентацию. Также характерны неожиданные экспансивные жесты большого размаха, заметные в период абстиненции. Релаксационная поза в положении стоя с фиксацией, при которой одна рука фиксируется на предмете (столе, стуле), центр тяжести тела благодаря этому смещен. Когда сидят, типично сплетение ног, при котором одна нога как бы закручивается вокруг другой и стопа одной ноги фиксируется за голень другой. Часто встречается "поза кучера" схожая с таковой при аутогенной тренировке. Характерны встряхивания головой при страхе и напряженности. Стилистика косметики, одежды (обращается внимание на акцентирование деталей украшений) гиперритуализированная - множество акцентов с чертами демонстративности.
Больным алкоголизмом свойственны
периоды ускорения речи или угасающий темп речи к концу получасовой клинической беседы. Обычно доминируют агрессивно-предупредительные элементы невербального общения. Часто отмечаются дрожание уголков рта, выдвигание верхней и нижней губы, зевание, выдвигание нижней челюсти, как агрессивно-предупредительный контекст. Типичны проявления флаша (динамичное приподнятие бровей). Отсутствие глазного контакта в беседе наблюдается лишь у немногих (15%) больных алкоголизмом. В положении сидя обычна поза Родена, которая соответствует позе раздумья в положении стоя - одна из рук фиксирована на лице, наклон туловища вперед - встречается при алкогольной абстиненции. Стилистика косметики, одежды конформная - стандартный тип внешнего облика без выделения деталей. Вариации совпадают со стандартами стилистики социальных групп в рамках некой текущей моды.
Люди, злоупотребляющие алкоголем, наркотиками используют специфичный сленг, с помощью которого они "кодируют" запрещенные предметы, вещества, активности и отношения связанные с алкоголизацией, наркотизацией.
Такое понимание социально-психологических механизмов развития и проявлений алкоголизма, наркоманий и токсикоманий у молодежи позволило сформулировать следующие рекомендации по профилактике девиантного образа жизни молодежи.
1. В образовательных учреждениях осуществлять психопрофилактическую работу с учащимися через неформальные группы, объединенные на основе единой направленности увлечений. Руководство данными группами (в рамках педагогической практики студентов, наставничества) возлагать на старших учеников или студентов с лидерскими тенденциями, ведущих здоровый образ жизни,
2. Выявлять лидеров, ведущих девиантный образ жизни, и включать их в тренинговые и/или неформальные группы, состоящие из старших учащихся, студентов с более высоким уровнем образования, придерживающихся норм и ценностей здорового образа жизни.
3. Стимулировать создание "элитных" молодежных объединений и организаций, участники которых ведут здоровый образ жизни.
4. В рамках психологического просвещения родителей давать информацию о механизмах становления девиантных форм поведения и специфике эффективной коммуникации с детьми разного возраста.
5. Формировать у родителей навыки эффективной коммуникации с детьми ("Тренинговые группы родителей").
6. Систематически прививать учащимся, начиная с младшего школьного возраста, навыки критического восприятия информации тенденциозного характера, поступающей из средств массовой коммуникации, массовой культуры (кино-, видеофильмы, радио-, телепрограммы, концерты, "шоу", книги, статьи, "слухи" и т.д., прямо или косвенно пропагандирующие девиантный образ жизни). Для этого необходимо выполнять следующие мероприятия:
o на учебных занятиях совместно с учениками проводить критический анализ тенденциозной информации.
o задавать учащимся домашнюю работу, заключающуюся в критическом рассмотрении поступающей тенденциозной информации. На учебных занятиях анализировать результаты домашнего
задания в дискуссионной форме;
o привлекать родителей к формированию у детей навыков критического восприятия информации (совместное критическое обсуждение тенденциозной информации);
o информировать учащихся о специфике создания тенденциозной информации представителями средств массовой коммуникации и массовой культуры (техника создания "звезд", "сенсаций", "кумиров", "моды", "культовых" атрибутов и т.д.);
o стимулировать детей, подростков и юношей к самостоятельному участию в создании средств массовой информации.
http://www.allrus.info/
