Власть должна действовать справедливо, но жестко.
На сегодня это главный вопрос. Так считает и.о. министра
Рамазан АБДУЛАТИПОВ. Он только что приехал из Дагестана.
- Рамазан Гаджимурадович, как, на ваш взгляд, можно оценить инцидент на дагестано-чеченской границе: это террористический акт или попытка развязать войну в Дагестане?
- Считаю, что это широкомасштабная операция, координированная и согласованная на достаточно высоком международном уровне. Она направлена прежде всего против России, на то, чтобы выбить ее с Кавказа. Не случайно выбрано и место. Это - аварские районы. И основные силы ваххабитов - аварцы. Это мои, замечу, соплеменники. Почему? Потому что еще в ХVIII веке было сказано: кто владеет Аваристаном - владеет Дагестаном, а кто владеет Дагестаном - владеет Кавказом. Все рассчитано на то, чтобы отодвинуть Россию от контроля за ресурсами Каспийского моря и вообще Каспийского бассейна.
Россия веками боролась за контроль над Кавказом. Ведь до сих пор кавказскую войну преподносят как войну с горцами. Но Россия шла на Кавказ не воевать с горцами. Она даже не знала, какие горцы там живут. И горцы не знали, что такое Россия. Но Россия несколько веков тут по сути воевала с Персией и Турцией за влияние в этом регионе. Сегодня есть силы, которые хотят историю повернут вспять. Отрезать Кавказ от России. Но мы срослись с Россией, и оторвать Дагестан от России невозможно.
- Пропаганда бандформирований пытается убедить, что жители захваченных ими селений с ними заодно, что их поддерживают большинство дагестанцев. Что вы об этом скажете?
- Я только что вернулся из республики. Могу сказать, что это большая ложь. Откуда тогда, скажите, беженцы? Почему житель одного из сел Ботлихского района отбирает оружие у пришельцев, вступает с ними в бой и погибает?..
Скажу больше: дагестанцы, несмотря на многие противоречия, которые есть внутри Дагестана, сплотились. Отброшены все претензии и недопонимание. Все нации и национальности, а их, напомню, в Дагестане более 60, сегодня готовы с оружием в руках защищать республику от непрошеных гостей.
Формируются интернациональные отряды. Один уже в четверг вступил в бой... Так что ни о какой поддержке бандитов речи не идет. Наоборот, дагестанцы рассуждают так: мне дорог мой дом, мой Дагестан - бандит должен умереть. Они осквернили нашу землю. И нет им пощады.
- Не кажется ли вам, что вооружение населения - не лучшее решение?
- Да, тут есть вопрос. Но в данной ситуации это вполне логичное решение. Народ должен защитить себя. И непрошеный гость, вооруженный до зубов, также должен знать, что встретят его не с рогаткой. Важно только, чтобы и интернациональные отряды, и отряды самообороны не были отданы на откуп отдельным лидерам, которых в республике хватает. Лучше всего, чтобы они находились в ведении военных комиссариатов и подчинялись объединенному военному командованию.
- И тем не менее среди бандформирований, пришедших из Чечни, есть и дагестанцы. Означает ли это, что смуту подняла исламская шура Дагестана? Правит ли она, как утверждают некоторые средства массовой информации, бал в республике?
- Кто бы что там ни говорил, руководство Дагестана контролирует обстановку. И вокруг него, "забыв все распри", сплотились жители республики. Они ему доверяют, в него верят.
Что касается исламской шуры Дагестана, то такой организации официально в республике нет. Я разговаривал со многими очень авторитетными религиозными деятелями Дагестана. Они отрицают наличие такой организации, а тем более свое участие в ней. По моему убеждению, это, скорее всего, своеобразный политотдел бандформирований.
Но недооценивать даже разговоры о такой организации нельзя. Последствия могут быть непредсказуемыми. Два года назад я предлагал создать ассамблею народов Дагестана, орган, который взаимодействовал бы с органами власти и аккумулировал внутри себя разные национальные движения как единый дагестанский народ. То, кстати, что создали в России. К сожалению, от идеи отмахнулись в Махачкале. А в итоге был создан меджлис мусульман Чечни и Дагестана. Да не официально. Но отдельные люди начали работать под эгидой этой якобы организации. И как видно по событиям на дагестано-чеченской границе, преуспели.
- Один из главных чеченских идеологов Мовлади Удугов прямо заявляет, что все, происходящее сегодня в Дагестане, - внутреннее дело республики. Дескать, истинные мусульмане обратились к своим братьям за помощью. И они ее получили.
- Я внук очень известного ученого арабиста Гаджимурата. И сам верил, что возвращение ислама будет возвращением нравственности и духовности народа. Надеялся, что тысячи мечетей построим и это существенным образом изменит ситуацию. К сожалению, этих изменений не вижу. Ибо мешают этому такие шайтаны, как Удугов. Помните, Гитлер говорил немцам: "Я освобождаю вас от такой химеры, как совесть". Эти же слова повторяет и Удугов. Но нет ислама без имана (совести).
Поэтому нам надо подумать, о каких истинных мусульманах идет речь. Тот ислам, который сегодня проповедуют люди с автоматами, противоречит тому исламу, который проповедовал мой дед. То был традиционный ислам с глубокими философскими корнями, с глубокой арабской культурой, мусульманской культурой. А этот ислам - фактически есть выступление против ислама. Это секта, которая исповедует ислам лишь в экстремистском толке. Ведь известно, ваххабизм в свое время был внедрен в арабских странах английскими колонизаторами для того, чтобы разобщить арабов друг с другом. И таким образом властвовать.
Это течение хоть и дало корни в республике, но явно не пользуется большой поддержкой. Перед моим отъездом из Дагестана информационно-аналитическое агентство "Кавказ" провело опрос на эту тему. Лишь 3 процента населения республики высказали положительную оценку деятельности религиозных экстремистов, а 89 к ним относятся резко отрицательно.
На вопрос "На кого вы возлагаете надежды в решении конфликтной ситуации в Дагестане?" ответы распределились следующим образом: на российское федеральное руководство - 45 процентов, на дагестанское республиканское руководство - 51 процент.
Вот цена всей демагогии политотдела бандформирований.
- Как вы оцениваете позицию официальной Чечни во всей этой истории?
- Ее заявления, что в Грозном и знать не знают о каких-то отрядах, а Шамиль Басаев всего-навсего частное лицо, полный блеф. А скорее всего, реализация той же самой идеи, которая в свое время навязывалась Дудаевым: Дагестан должен объединиться с Чечней. И тогда, он говорил мне лично, мы будем непобедимы. Или Масхадову надо честно признаться, я обстановку полностью не контролирую, давайте вместе будем бить эти антидагестанские и одновременно античеченские силы. С двух, что называется, сторон. Такое обращение, кстати, к нему уже есть от МВД России.
- Имеет ли смысл в данной ситуации вести переговоры с Чечней?
- Их надо не только вести. Их надо усилить и ускорить. Трагедия заключается в том, что Грозный не может забыть про войну, а Москва не может вспомнить, что все-таки там другой народ, другая культура. Находясь под крылом прошлого, нельзя решить ни одну проблему.
Мы потеряли много времени. И лишь усугубили обстановку на Северном Кавказе. По классической схеме после таких дел необходимо прежде всего сузить максимально масштабы территории, которая охвачена конфликтом. И второе, сузить количество людей, вовлеченных в него. А что получилось? Во время войны в Чечне, замечу, не была так распространена идеология ваххабизма как сейчас. Не было и такого количества его поклонников. То есть благодаря бездействию власти все произошло с точностью до наоборот.
Кроме того, сразу после окончания военных действий мы провели анонимное исследование. Только 10 процентов чеченцев после этой трагедии заявили, что не видят перспективы быть в составе Российской Федерации. А более 80 процентов однозначно говорили, что надо налаживать жизнь в России. И этих людей мы оставили на перевоспитание ваххабитам.
- Допустим, вытеснение и "зачистка" бандформирований произошла. А что дальше? Обеспечит ли это стабильность в республике?
- Недавно, когда я прилетел в аэропорт Махачкалы, мне задали вопрос: не беспокоит ли чеченизация Дагестан? Я ответил: "Меня больше беспокоит дагестанизация Чечни". Надо вытаскивать из Чечни наших людей. Если мы их сегодня не вытащим, завтра они с оружием придут в Дагестан. Это было за 15 дней до нынешних событий.
Считал, например, надо срочно вытаскивать Хачилаева оттуда. Была возможность вытащить Багаутдина, главного идеолога ваххабизма. Его братья обращались к нам и заявляли, если будут даны гарантии безопасности, то он вернется. У дагестанцев сегодня просто нет выхода в Чечне. Им говорят: а чего вы здесь сидите, если вы моджахеды, мужественные люди, идите, сражайтесь во имя Аллаха. Их подготовили, дали оружие, деньги. Что им остается?
Нужен повседневный диалог с ваххабитами. Среди них тоже есть разные люди. Есть отпетые бандиты, которые прикрываются знаменем ислама. Есть люди, которые, исходя из тяжелой ситуации нынешнего дня и в поисках какой-то идеи, стали людьми убежденными. Есть люди, которые просто куплены. Им все равно, за какую религию воевать.
Но работы с ними нет. В свое время мы подготовили программу информационной политики на Северном Кавказе, согласно которой возобновляли работу военных ретрансляторов и начинали передачи на чеченском, ингушском, аварском, даргинском и других языках Северного Кавказа, чтобы объяснить позицию федерального центра и так далее. До сих пор не могут найти эту программу, как только я снова вошел в Правительство, попытался возобновить эту работу. Но мне было сказано, что это не ваше дело...
Кавказом занимаются все, и вместе с тем никто последовательно им не занимается. Поэтому в Правительстве должен быть человек, который координировал бы полностью федеративную и национальную политику в государстве и имел на это соответствующие полномочия. Причем всю работу: начиная с финансово-экономической и кончая политической, информационной, идеологической и так далее. Эта политика должна быть жесткая и справедливая. Надо заканчивать с процессом бесконечного заигрывания с разными вождями, лидерами и сторонниками. Работа должна идти согласно законам. И ни в коем случае не допускать к этой работе тех людей, которые или не понимают, или провоцируют, или предают, или ставят только одну задачу - заработать... Это первая задача.
И второе. Сегодня нужно активно работать с населением. Помните, раньше единые политдни проводились каждый четверг. Или один раз в месяц. Почему это не проводить. Сегодня жизненно необходимо разъяснять людям, какие цели преследуют эти "защитники ислама". Понимание необходимости новых подходов в кавказской политике я нахожу у Владимира Путина.
- Рамазан Гаджимурадович, говорят, вы восстановили родовую башню. Какой смысл в это вложили?
- Очень много размышлял, восстанавливая ее. О судьбе Дагестана. О Шамиле. Он воевал против России. Я сегодня российский политик. Как людям объяснить, что восстанавливаю сигнальную башню родовую? Тогда я положил у входа камень и написал на нем слова: "Тяжелая была судьба народов Дагестана. Вечная слава тем, кто хранит ее достойно. Тяжелой дорогой шел Дагестан к России. Вечная слава тем, кто хранит это единство".
Убежден в правоте этих слов. И 99 процентов дагестанцев, уверен, в этом согласятся со мной. Дагестанцы прекрасно знают русскую, российскую культуру. Но дагестанцев и кавказцев Россия, к сожалению, знает очень плохо и понимает очень плохо. И это настоящая трагедия. Надо прекратить войну на Кавказе, но надо также прекратить войну с Кавказом и кавказцами.
...С Кавказом нужно работать, Кавказ любит контакты. У нас говорят, если брат с братом в течение года не сели вместе и не поели куска хлеба, они становятся чужими людьми. Поэтому мы должны каждодневно не упрекать друг друга, а налаживать совместную жизнь. Мы соотечественники. И считаем Дагестан такой же составной частью России, как и Россия - составная часть Дагестана.
Мы одно Отечество. Один народ. Одно государство.
Записал А. Шинкин
Российская газета
14 августа 1999
http://www.abdulatipov.ru/Biblioteka.files/Moi%20Dagestan.htm
