О ПУБЛИЧНЫХ казнях в Грозном, о переговорах с чеченцами в Дагомысе, о национальной политике по отношению к русским и нерусским шел недавно откровенный разговор в редакции "АиФ". На вопросы наших корреспондентов отвечал заместитель председателя Правительства РФ Рамазан АБДУЛАТИПОВ.
- Рамазан Гаджимурадович, в Правительство России вы пришли специалистом по федеративным национальным отношениям. Но в наших нацпроблемах не только профессор, сам черт голову сломит. Одна Чечня чего стоит! Как вы учитываете в своей работе недочеты предшественников?
На мой взгляд, им не хватало этнопсихологического, этнокультурного подхода в решении национальных проблем. Каждый народ имеет свою специфику. Я считаю, что любой крупный намечаемый хозяйственный проект должен проходить экспертизу в Министерстве по делам национальностей и федеративным отношениям. Большая стройка влияет на самочувствие, среду обитания, на перспективу данного этноса. Пока мне известен только один пример, когда решением Совета национальностей был заблокирован российско-японский проект по вырубке леса в местах проживания этноса.
ЧЬЯ ВИНА - ВОЙНА?
У нас ведь вырубали не только лес, но и целые народы. Скажите, кто начал войну в Чечне? Сегодня все отказываются: и Грачев, и Коржаков... - Я думаю, эти люди поступают не мужественно. Таким образом, они намекают на то, что решение о вводе войск в Чечню принимал только один президент. Но я все хорошо помню. Когда я собирался лететь в Грозный на переговоры с председателем парламента Чечни, Ельцин даже самолет выделил, но на Совете Безопасности стали утверждать, что Абдулатипов помогает сепаратистам. Заявили, что переговоры могут вести только Егоров, Степашин и Квашнин. Причем разговор с чеченцами может быть лишь о капитуляции. На мое предупреждение, что на Кавказе за одним выстрелом сто лет идет перестрелка, последовало хвастливое телезаявление Павла Грачева: "Возьмем Грозный за два часа одним парашютно-десантным полком". Сейчас я общаюсь с президентом России и вижу, что он тяготится чувством ответственности за ту войну. И эту тяжесть с ним никто не разделил.
- Не кажется ли вам, что война в Чечне еще не завершена? Не перекинется ли она в соседний Дагестан?
- Если о ней много говорить, особенно по ТВ, война действительно начнется. Об этом я предупреждал и Дудаева в 1991 г. Он слишком много говорил о ней. Чтобы война не перехлестнулась, надо принимать фундаментальные меры: не бороться с Чечней, а отгородить Россию от негативного влияния тех сил, что агрессивно ведут себя в отношении России и Чечни, и чеченского народа.
- Может, махнуть на Чечню рукой и дать ей независимость?
- Если даже родной брат ведет себя как-то не так, мы не просим исключить его из семьи. Поэтому на переговорах в Дагомысе я сказал чеченцам: "Требуя независимости с выходом из России, вы можете нанести вред своему народу". Допустим, если мы завтра заявим: "Вот вам независимость", - то граждане Чеченской Республики лишатся российского гражданства и автоматически потеряют право на пенсии и пособия. Разговоры же о 240 миллиардах долларов контрибуции с побежденной России абсолютно нереальны. Не надо обманывать людей.
- Конечно, требования контрибуции - это очередная пощечина российским властям. Так же, как и публичные казни в Грозном. Правда, по данным социологов, свыше 40% жителей Москвы и Санкт-Петербурга их одобряют. А как вы относитесь к расстрелам на площади по приговорам шариатского суда?
- Война оставила после себя страшное наследие. Я имею в виду менталитет тех людей, которые участвовали в вооруженных конфликтах, их психологическое состояние, разгул преступности. В связи с этим, может быть, можно найти какие-то объяснения, которые приводят к необходимости принятия жестких мер. Но в данном случае я как официальный представитель российского правительства и тем более как человек, который в течение 5 лет в Страсбурге боролся за то, чтобы Россия стала членом Совета Европы, должен сказать, что такие меры, как публичные казни (это показывает мировая практика), мало содействуют снижению преступности.
ПО ОПЫТУ ИМАМА ШАМИЛЯ
В последнее время Чечней занимались все, кому не лень. А может, ввести на Кавказе институт полномочного представителя президента России? Ведь был же в царское время наместник Кавказа.
- Нам не нужен такой наместник. Допустим, меня назначат на эту должность, это сразу создаст условия, когда против меня начнут бороться и руководители северокавказских республик, и федеральные органы власти. Некоторые региональные чиновники сегодня стали настолько суверенными, что не согласятся координировать свои действия. Я предложил более мягкий вариант, когда президент дает мне как заму председателя Правительства России некоторые полномочия для координации действий Центра на Кавказе.
- Неужели нельзя уговорить, может быть, даже подкупить чеченских лидеров? Переманил же русский царь на свою сторону имама Шамиля.
- Имама Шамиля никто не покупал, и нельзя было купить. Тогда сложилась ситуация, когда ему некуда было деваться. И он принял решение о добровольной сдаче. Потому что русских войск на Кавказе тогда было около 250 тысяч человек, а у него оставалось 250 бойцов. Он 30 лет воевал с царем, но русские очень хорошо отнеслись к нему. Шамиля принял царь. Ему дали особняк в Калуге, помогли совершить хадж. В последнем письме наместнику Кавказа князю Барятинскому имам Шамиль завещал своим потомкам доброжелательно относиться к русским и к России.
- Так все-таки, что делать с Чечней? Или вы тоже не знаете?
- Самое трагичное, что чеченская сторона не идет ни на какие компромиссы. Я как горец, будучи на последних переговорах в Дагомысе, три часа молчал, а потом сказал Удугову: "Больше терпеть не могу, давайте я вам скажу правду. Если мы сегодня подпишем договор о независимости Чечни, то, согласно нашей Конституции, нас должны из аэропорта везти прямо в тюрьму. А я не хочу в "Лефортово"! Согласно вашей Конституции, если вы подпишете, что Чечня - субъект Российской Федерации, вас, может быть, даже до тюрьмы в Грозном не довезут. Поэтому давайте искать решение в промежутке между этими позициями". Здесь не должно быть спешки. На Кавказе примирение двух людей - кровников - идет годами. Помирить народы еще труднее.
Отдел национальных отношений "АиФ"
Интернет-дайджест N 39
24 сентября 1997 года
http://ric.inion.ru/AIF/dig39.htm#4
