Одним из вопросов предстоящей 9 мая российско-американской встречи в верхах в Москве станет реформа Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Два последних заседания Совета министров иностранных дел стран - участников организации (в 2003 году в Маастрихте и 2004-м - в Софии), традиционно венчающих политические итоги года, запомнились скандалами и откровенными ультимативными требованиями Запада по отношению к России. Насколько ОБСЕ отвечает реальным интересам России, о сегодняшнем дне этой организации и о том, как видят ее реформирование в Москве, наш корреспондент беседует с заместителем директора Департамента общеевропейского сотрудничества МИД РФ Анваром АЗИМОВЫМ.
ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА
Анвар Сарварович Азимов родился в 1950 году. В 1973-м окончил МГИМО и начал работу в системе внешнеполитического ведомства. С октября 2002 г. - заместитель директора департамента общеевропейского сотрудничества МИД РФ, курирует проблематику ОБСЕ, региональные и общие вопросы.
Имеет дипломатический ранг Чрезвычайного и Полномочного посланника I класса.
- Анвар Сарварович, Россия все чаще критикует ОБСЕ. Доходит уже до специальных выступлений министра иностранных дел РФ и демаршей целых групп государств-участников, например СНГ, которые в июле и сентябре 2004 года констатировали, что ОБСЕ не сумела адаптироваться к требованиям современного мира и обеспечить эффективное решение вопросов безопасности и сотрудничества на евроатлантическом пространстве. Какие конкретно претензии в адрес нынешней ОБСЕ предъявляет Москва?
- Это очень объемный вопрос. Я бы сразу хотел отметить, что Россия по-прежнему считает ОБСЕ важной организацией и одной из основ современной архитектуры безопасности в Европе. Именно поэтому мы и бьем тревогу - наша критика направлена на то, чтобы не разрушить ОБСЕ, а укрепить ее и вернуть в русло той концепции, для реализации которой она и создавалась. Напомню, что эта концепция прежде всего предполагает сбалансированное сотрудничество народов Европы на единых для всех демократических принципах и ценностях по каждой их трех "корзин" ОБСЕ - военно-политической, экономико-экологической и гуманитарной.
А что мы видим сейчас реально? Созданная в сложные годы "холодной войны" для того, чтобы объединять, эта организация сегодня все больше "работает" на разъединение входящих в нее государств и появление в Европе новых разграничительных линий.
НАША СПРАВКА
Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе была образована в 1975 году в формате Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, которое в первой половине 1990-х эволюционировало в организацию с разветвленной системой органов и полевых присутствий. Сегодня в ОБСЕ входят 55 государств-участников: все европейские страны, США, Канада, государства Центральной Азии и Закавказья. ОБСЕ рассматривается как одна из основных организаций по мирному урегулированию споров в регионе ее действия, одним из ключевых инструментов раннего предупреждения и предотвращения конфликтов, регулирования кризисов и постконфликтного восстановления. Все государства-участники имеют равный статус, а решения принимаются консенсусом. На ротационной основе в течение календарного года одним из государств-участников, назначенным решением встречи на высшем уровне или Совета министров иностранных дел ОБСЕ, осуществляется действующее председательство в организации. Его функции выполняет глава МИД страны. В 2005 году в ОБСЕ председательствует Словения, а действующим председателем является министр иностранных дел республики Димитрий Рупел.
Второй год подряд не удалось согласовать общую политдекларацию СМИД - такого системного неприятия позиций друг друга у членов ОБСЕ не было уже давно. Многие страны Запада все больше видят ОБСЕ как односторонний инструмент политического переустройства разнообразного пространства организации по собственным "лекалам". Отсюда фактическое стремление превратить ОБСЕ в механизм вмешательства в суверенные прерогативы государств. Правда, естественно, далеко не всех государств - тут моментально включаются "двойные стандарты".
Возьмем актуальные "выборные" дела, связанные с мониторингом и присутствием на избирательных участках наблюдателей ОБСЕ. Например, сам факт организации мониторинга по линии ОБСЕ президентских выборов в США почему-то вызвал в американском политическом истеблишменте острые споры. Там же "неожиданно" выяснилось, что законодательство некоторых штатов этой страны вообще запрещает присутствие наблюдателей на избирательных участках. Такие же ограничения существуют и в Великобритании. Но возникает вопрос - как же тогда понимать смысл взятого на себя участниками ОБСЕ обязательства приглашать иностранных наблюдателей на выборы в своих странах? А попробуй Украина, Грузия, Белоруссия, Молдавия, Киргизия или Россия выставить подобные ограничения для тех же США - в Вашингтоне моментально бы напомнили, что речь идет о "демократических и прозрачных выборах".
Или, допустим, заходит речь на заседании постоянных представителей стран - участников ОБСЕ в Вене о ситуации в Северной Ирландии, на Кипре или в стране басков в Испании. Представители этих государств встают и заявляют, что эти проблемы - внутренние дела их стран и обсуждению не подлежат. А вот урегулирование, например, этнических конфликтов "к востоку от Вены" совсем, видимо, не является внутренним делом стран, которые "к востоку от Вены" и расположены! Конечно, Россия отмечает и явный перекос в полевом присутствии ОБСЕ - как будто по заказу все ее миссии расположены исключительно на постсоветском и постюгославском пространстве, в странах, не входящих в НАТО и Евросоюз, и концентрируют они свою деятельность на политическом мониторинге ситуации в странах пребывания. То есть априори предполагается, что перестраивать, реформировать и контролировать необходимо именно эти регионы, в других же странах ОБСЕ проблем вроде как и нет. Хотя на самом деле все далеко не так однозначно.
Таким образом, ОБСЕ, по сути, все больше превращается в аморфную структуру, своего рода вспомогательный механизм, роль которого все чаще сводится к тому, чтобы отрабатывать политические решения и "заказы", подготовленные другими, хорошо известными евроатлантическими институтами.
- Кстати, влияет ли на деятельность ОБСЕ "блоковость"? Ведь страны - члены НАТО и ЕС стараются выступать на международной арене с единой позицией...
- Проблема групповых интересов в ОБСЕ существует. С единой позицией по многим вопросам выступают НАТО, Евросоюз и даже сравнительно неактивный до недавнего времени альянс ГУУАМ. Вместе с групповыми интересами в ОБСЕ все больше практикуются различные "пакеты и увязки" - вы решаете такой-то вопрос, а мы выступаем здесь с нужной вам позицией. Россия также могла бы выступать в ОБСЕ своеобразным единым блоком с СНГ или Организацией Договора о коллективной безопасности. Но мы этого не делаем - одна из ценностей ОБСЕ как раз и заключается в национальных качествах и самобытности каждой страны - участницы организации.
Из групповых интересов, кстати, вытекает очень важный вопрос о той нише, которую сегодня занимает ОБСЕ. Все три "корзины" ОБСЕ - военно-политическая, экономико-экологическая и гуманитарная - изначально рассматривались как равнозначные и равноценные. Сегодня тихой сапой из сферы интересов ОБСЕ, по сути, выхолащивают военно-политическую и экономическую проблематику. Если приглядеться, действительно серьезными достижениями в этих областях за последние годы организация похвастать не может. Достаточно сказать, что уже больше пяти лет под надуманными предлогами в первую очередь страны - члены НАТО не ратифицируют Соглашение об адаптации Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), из-за чего этот краеугольный для европейской безопасности документ не может вступить в силу и начать свое действие. А в ОБСЕ блокируются наши многие действительно полезные и необходимые сегодня для полноценного сотрудничества и безопасности инициативы - например, проведение семинара по военным доктринам.
Групповые интересы и блоковые позиции определенных государств устремлены в основном на гуманитарное измерение ОБСЕ, острие которого направлено на политический мониторинг и соблюдение прав человека на постсоветском пространстве. То есть логика, получается, такая: экономикой в Европе занимается ЕС, военными делами - НАТО, а ОБСЕ должна наблюдать за восприятием ценностей этих организаций в странах, в них не входящих. Конечно, Москву это не устраивает.
- При этом гуманитарная деятельность ОБСЕ вызывает все больше вопросов и нареканий...
- Само по себе это направление, безусловно, очень важное. Чтобы понять это, достаточно вспомнить о таких самых что ни на есть актуальных проблемах, как нецивилизованное обращение с национальными меньшинствами в Латвии и Эстонии и помехи свободе передвижения европейцев за счет разрастания визовых барьеров. Первой из этих проблем ОБСЕ еще кое-как занимается через институт Верховного комиссара по делам национальных меньшинств, а второй - совсем нет. В Балтии же складывается действительно парадоксальная ситуация: если мы в ОБСЕ разделяем единые демократические ценности и принципы, то как можно мириться с положением, когда сотни тысяч людей, проживающих в странах Балтии десятки лет, не могут получить гражданство, не имеют права участвовать в муниципальных выборах, ущемляется их право на получение образования на родном языке?
НАША СПРАВКА
На пространстве ОБСЕ функционирует 17 полевых присутствий организации, размещенных в 16 странах-участниках. На содержание миссий и центров ОБСЕ тратится более 70 процентов всего бюджета организации. Их распределение по регионам выглядит так. БАЛКАНЫ: миссия в Боснии и Герцеговине (с 1995 года), миссия в Хорватии (1996), присутствие в Албании (1997), миссия в Косово (1999), миссия в Сербии и Черногории (2001), контрольная миссия в Македонии по предотвращению распространения конфликта (1992). КАВКАЗ: миссия в Грузии (1992), бюро в Азербайджане (1999), бюро в Армении (1999). СТРАНЫ ЦЕНТРАЛЬНОЙ И ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ: миссия в Молдавии (1993), бюро ОБСЕ в Белоруссии (2003), координатор проектов ОБСЕ на Украине (1999). ЦЕНТРАЛЬНАЯ АЗИЯ: центры в Туркменистане (1998), Казахстане (1998), Киргизии (1998), Узбекистане (2000), Таджикистане (2002). В 1993-2001 годах действовали миссии ОБСЕ в Латвии и Эстонии, которые, несмотря на возражения российской стороны, были закрыты путем непродления их мандатов. Сегодня в этих странах действуют представители ОБСЕ при российско-эстонской комиссии по военным пенсионерам в Таллине и при российско-латвийской комиссии по военным пенсионерам в Риге. В 1995-2002 годах функционировала Группа содействия ОБСЕ в Чечне, которая также завершила свою деятельность в связи с окончанием срока мандата.
А Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека, которое расположено в Варшаве и в задачу которого входит в том числе борьба за права человека, сконцентрировало свою деятельность большей частью только на мониторинге выборов. Но подавляющее большинство в миссиях ОБСЕ по наблюдению за выборами составляют представители определенной группы западных стран, и их вердикты все более явно основываются на двойных стандартах. В одном случае замеченные нарушения согласованных в ОБСЕ принципов проведения выборов расцениваются как несущественные, в другом - такие же нарушения становятся основанием для выводов чуть ли не о полном отсутствии демократии... Конечно, доверия ОБСЕ такие вещи не добавляют.
- Очевидно, что ОБСЕ все больше утрачивает свои сравнительные преимущества для России. Поэтому на повестке дня - реформа организации. Какой ее видят в Москве?
- Для России сейчас действительно важно модернизировать организацию и адаптировать ее повестку дня и механизмы к новым вызовам и угрозам современности. Для проведения реформы была создана так называемая "Группа мудрецов", в которую от нашей страны вошел посол России в Польше Николай Афанасьевский. Свои рекомендации по повышению эффективности организации группа должна представить к концу июня.
Из основных же аспектов реформы я бы выделил два. Первый - политический. Следует восстановить нарушенный баланс между тремя измерениями безопасности - военно-политическим, экономическим и гуманитарным, повысить роль в ее работе первых двух составляющих и насытить их содержание.
Второй же аспект - организационный. Мы считаем, что ОБСЕ нуждается в инструментарной и структурной реформе. Например, секретариат, расположенный в Вене и занимающийся административно-организационным обеспечением деятельности ОБСЕ, сегодня неэффективен. Генеральный секретарь ОБСЕ должен иметь реальные политические полномочия и рычаги, как, например, генсек НАТО. Все миссии полевого присутствия ОБСЕ, на наш взгляд, должны иметь ограниченный по времени мандат и ориентированный на конкретные проекты бюджет, а их главы регулярно и значительно чаще, а не раз в год, как сейчас, отчитываться перед странами - членами ОБСЕ...
- В числе еще одной важной организационной проблемы Москва выдвигает и пересмотр шкал взносов в бюджет ОБСЕ?
- Сегодня бюджет организации формируется из ежегодных взносов стран-участниц по установленным шкалам. До этого крупнейшими плательщиками в бюджет ОБСЕ были США (9 процентов от части бюджета, идущего на институты ОБСЕ, и порядка 13,5 процента - в финансирование крупных миссий и проектов ОБСЕ), Германия - (9,1 и 11,3 процента соответственно), Великобритания, Франция, Италия (по 9,1 и 10,3 процента соответственно), а также Россия, выплачивавшая 9 процентов бюджета ОБСЕ, идущего на оплату деятельности коллективных органов ОБСЕ, и 3,7 процента - в миссионную шкалу. Бюджет же всей организации на 2004 год составил 179,8 миллиона евро.
Такие шкалы действовали до 31 декабря 2004 года и сейчас уже недействительны. Мы предложили перейти на единую шкалу финансирования, базирующуюся на объективном критерии - реальной платежеспособности государств в соответствии с апробированной методологией ООН. По новым принципам финансирования Россия платила бы в бюджет ОБСЕ всего 1,7 процента, тогда как взносы, к примеру, США и Германии, конечно, стали бы выше. Вопрос, что называется, завис, и в итоге с начала 2005 года ОБСЕ работала вообще без утвержденного бюджета по так называемому механизму временного финансирования. Этот кризис уже, кстати, не первый - такое же было в январе-апреле 2002 года.
Мы готовы к компромиссу, чтобы не заводить ситуацию "в тупик", но при четком условии, что государства - участники ОБСЕ продолжат работу над переводом системы финансирования на новую объективную основу.
- У вас есть уверенность, что это будет реализовано?
- ОБСЕ находится сейчас на распутье: либо она обретет второе дыхание, либо дело пойдет к закату. 2005 год и председательство Словении в этом плане становится очевидным тестом способности ОБСЕ принять конкретные решения по продвижению всего комплекса мероприятий, связанных с собственным реформированием. Действующий председатель ОБСЕ, министр иностранных дел Словении Димитрий Рупел уже побывал с визитом в России. В ходе встреч с главой МИД РФ Сергеем Лавровым и секретарем Совета Безопасности РФ Игорем Ивановым он подтвердил общее понимание ситуации и признал необходимость всеобъемлющего реформирования ОБСЕ. Этот же вопрос обсуждался в ходе визита в Россию госсекретаря США Кондолизы Райс и может быть затронут на российско-американской встрече в верхах в Москве 9 мая. Так что и Россия, и другие члены ОБСЕ работают над этим. Во всяком случае Россия с нынешним тревожным положением дел в ОБСЕ, существующими функциональными и географическими перекосами, равно как и разновекторным видением приоритетных направлений в деятельности этой организации, больше мириться не может.
Беседу вел Алексей ЛЯЩЕНКО.
http://www.redstar.ru/2005/05/05_05/3_01.html
