"Россия - страна непредсказуемая..."
Поэтому Владимир Рыжков не теряет надежды в очередной раз попасть в Госдуму
Депутат Госдумы по Барнаульскому избирательному округу в последнее время не столь желанный гость
в столичных и региональных СМИ, как, скажем, два-три года назад. Изменилась ситуация в стране, изменилось и отношение.
Однако его взгляды имеют определенное количество сторонников, а позиция Владимира Александровича по многим вопросам по-прежнему вызывает интерес.
- Владимир Александрович, как выстраиваются сегодня ваши отношения с Владимиром Путиным? Помнится, в 1999 году он поддерживал вас на выборах в Госдуму по Барнаульскому округу. Но сегодня вы находитесь в оппозиции к президенту, жестко критикуете его политику.
- Я знаю Путина с 1995 года, тогда он возглавлял отделение движения "Наш дом - Россия" (в котором я тогда состоял) в Санкт-Петербурге. Несмотря на произошедшие изменения, чисто по-человечески я нормально к нему отношусь, стараюсь не переносить политические разногласия в личную сферу. Конечно, сейчас у нас нет возможности общаться, поскольку он - президент страны, и чрезвычайно занятой человек.
Несмотря на критику его политики, я признаю, что многие его действия в области выплаты внешнего долга, сборе налогов и т.д. в целом полезны для страны.
- На выборах в крайсовет в 2004 году вы возглавили объединенный список СПС и "Яблока". Видимо, расчет был на то, что в декабре 2003 года вы победили на выборах в Госдуму по Барнаульскому округу, и народ проголосует за Рыжкова еще раз. Однако этот ход не помог либералам попасть в краевой парламент. Почему?
- Дело в том, что в округе люди голосуют за конкретного человека, его работу. А в крайсовет им предлагался уже целый список. К тому же на подготовку и обдумывание стратегии избирательной кампании у нас в тот период было очень мало времени - я присоединился к блоку слишком поздно. Но все равно на тех выборах мы получили почти 5% голосов, на выборах в местные законодательные органы в других регионах демократы получили по 1-2%. Я считал своим долгом помочь единомышленникам, и думаю, что поступил тогда абсолютно правильно.
- А, может быть, сказалось общее негативное отношение граждан к либеральным идеям, сформировавшееся после гайдаровских реформ?
- И это сыграло свою роль. Действительно, большая часть людей негативно относится к тому периоду нашей истории. Думаю, спустя какое-то время в обществе сформируется более сбалансированное его восприятие. К тому же в Алтайском крае в то время произошло и немало позитивного: построен новый мост через Обь, начала реализовываться Семипалатинская программа, в Барнауле появились современно оснащенные лечебные учреждения. Так что нельзя оценивать 90-е годы для нашего региона исключительно в черном свете.
- Несмотря на эти вроде бы светлые моменты, у нас в крае либеральным силам никак не везет. Достаточно вспомнить смену власти в краевом отделении СПС, когда с поста руководителя был фактически смещен ваш учитель Владимир Райфикешт. Как бы вы оценили тот эпизод из жизни региональной организации партии?
- Несмотря на свою солидарность с идеями СПС, я никогда не был членом этой партии. Именно по этой причине я старался не вмешиваться в ту историю. Видите ли, аналогичные сложные ситуации, думаю, случаются периодически в каждой партии. Причины, по которым они возникают, различны. Я бы не хотел анализировать, почему это произошло в краевой организации Союза правых сил.
У меня были и остаются прекрасные отношения с Владимиром Федоровичем Райфикештом, который одобрил мое решение возглавить список СПС и "Яблока" на выборах в крайсовет весной 2004 года.
- Не так давно Росрегистрация отказалась зарегистрировать вашу Республиканскую партию, после чего вы обратились в Европейский суд в Страсбурге. Каковы шансы, что РПР все-таки получит официальный статус?
- Мне кажется, что шансы на регистрацию не очень велики, поскольку мы ощущаем довольно жесткий прессинг со стороны властей. Там решительно настроены не регистрировать нас. Партийные отделения закрывают, даже в тех регионах, где численность не должна вызывать никаких сомнений. Тем не менее, мы намерены продолжать работу, пусть даже в статусе общественной организации.
- Если вы не сможете попасть в следующую Госдуму, что будете делать?
- Разумеется, я хотел бы продолжить политическую деятельность, но мне стараются не оставить возможности для этого. Поэтому я рассматриваю все варианты. Хотя до думских выборов почти год, а это немалый срок, если учесть, что Россия - страна непредсказуемая.
Вопрос ребром
- Не кажется вам, что одной из причин отказа в регистрации является РПР участие зарубежных структур в финансировании устраиваемых вами мероприятий? Российские компетентные органы, как известно, подозревают эти структуры в связях со спецслужбами западных стран.
- Могу добавить, что недавно по Госдуме гулял некий доклад спецслужб, в котором я назывался как один из организаторов и активных руководителей будущей "оранжевой" революции в России. Вообще, это старинная русская забава - искать шпионов и вредителей. Так было и в 30-е годы, и даже Лаврентия Берию расстреляли именно как английского шпиона. Разумеется, под всеми этими обвинениями нет никаких оснований. Я могу назвать себя гораздо большим патриотом, нежели многие из тех, кто причисляет себя к таковым. У меня, в отличие, скажем, от авторов термина "суверенная демократия", нет особняков в Лондоне, а вся моя семья живет в России, мой ребенок ходит в русскую школу. Другое дело, что я не кричу об этом на всех углах.
Евгений Берсенев
"Два слова"
20 декабря 2006
http://www.altinformburo.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=631&Itemid=51
