Споры об иммиграции
Новое переселение народа
Международные миграции станут, вероятно, одним из крупнейших явлений XXI века. Причем некоторые из движущих сил и отличительных черт их присущи исключительно современности или только зарождаются. Нынешние масштабы международной миграции велики, но не беспрецедентны. И в прошлом случались не менее масштабные передвижения людей, достаточно вспомнить заполонение Римской империи варварами в IV-V веках, массовые перемещения Средневековья, многомиллионные потоки переселенцев из Европы в Америку и Россию в XIX - начале XX века. В период превращения США в мировую державу, между Гражданской войной и первой мировой, 13-15% населения страны составляли родившиеся за рубежом. В 1920-1960 годах иммиграция резко сократилась, доля родившихся за рубежом упала к 1970 году до 5%. Но к 2004 году эта цифра вновь достигла 12%, то есть приблизилась к рекордно высоким отметкам столетней давности.
Принципиально новым фактором, который будет определять динамику международной трудовой миграции в предстоящие десятилетия, является демографическая ситуация в развитых странах. Хотя конкретные причины "сверхнизкой" рождаемости здесь дебатируются, ясно, что характер и ткань постиндустриальных демократических обществ создают несовместимую с простым воспроизводством населения систему мотиваций и возможностей. Это противоречие носит системный характер, который не удалось преодолеть посредством разнообразных и дорогостоящих мер. Поэтому следует, как это и делает ЕС, исходить из заданности в среднесрочной перспективе (20-30 лет) демографического режима низкой рождаемости.
В отличие от большинства развитых стран, депопуляция в России обладает еще одним свойством. Сокращение населения редконаселенной страны чревато угрозами ее безопасности и территориальной целостности, тормозит рост рынков товаров и услуг, транспортной сети и затрудняет освоение богатых природными ресурсами восточных и северных районов.
Переселенческая иммиграция
Постоянная (переселенческая) иммиграция является надежным способом освоения не- или редконаселенных территорий и заполнения демографических лакун. Хотя адаптация иммигрантов редко проходит бесконфликтно, опыт стран массовой иммиграции свидетельствует, что она возможна.
Заблуждением является, что Россия плохо подготовлена к массовой иммиграции нерусского населения. Многовековое расширение российского государства сопровождалось интеграцией множества этносов и конфессиональных групп. Часто забывают, что Российская империя целенаправленно привлекала переселенцев из Европы, создав для них в XVIII веке преференциальные режимы землевладения, налогообложения и воинской повинности. В период между реформами 1860-х годов и революцией 1917 года Россия стала страной массовой иммиграции. Накопленная нетто-миграция составила 4,5 млн человек; перед первой мировой войной среднегодовой миграционный оборот достигал полумиллиона человек.
К сожалению, трудно опровергнуть утверждение, что Россия сейчас плохо абсорбирует даже русскоязычное население, несмотря на то что правительство неоднократно заявляло, что рассматривает его как первоочередной резерв переселенцев. Вместе с тем упор на "этническое воссоединение", деление на "своих" и "чужих" подпитывает дискриминацию, межэтнические и межконфессиональные трения. Не следует преувеличивать и его количественный потенциал. Так что в стратегическом плане главные резервы переселенцев состоят из представителей трудоизбыточных государств за южными рубежами страны.
На коммунальном уровне определяющее влияние для переселенческой миграции имеют конкретные проекты местных органов самоуправления и степень развитости гражданского общества. Правительство и муниципалитеты иногда осуществляют специальные жилищные программы для иммигрантов. В прошлом, как правило, строились специальные комплексы жилых зданий, микрорайоны, что почти непременно оборачивалось превращением их в маргинализированные гетто. Но это не означает, что компактное расселение всегда неприемлемо. Так, интересна сформулированная в середине 1990-х (и впоследствии забытая) идея организованно привлекать переселенцев в пустеющие мелкие города "серебряного кольца" России.
Возвратная миграция
Возвратная трудовая миграция может быть спонтанной либо организованной в совместные программы государств-поставщиков и реципиентов. Преимущество спонтанной возвратной миграции в том, что ее потоки регулируются в первую очередь рынком труда и другими рынками (жилья). Но эффективность этой формы миграции напрямую зависит от государства. Чтобы миграционный приток адекватно реагировал на рост спроса, важно упростить формальности. Между тем в последнее время административные препятствия иммиграции в большинстве стран усугублялись.
Государство в принципе способно стимулировать возвращение мигрантов на родину. В последнее время оживился поиск соответствующих экономических стимулов, главным образом в области "взаимозачета" пенсионных накоплений или частичной компенсации социальных налогов.
"Оргнабор" широко практиковался в послевоенной Европе. В 1950-1960-е годы действовали масштабные межгосударственные программы временного привлечения неквалифицированного труда в Германию из Италии и Турции и во Францию из Алжира. Количественные задачи были легко выполнены, но обеспечить возвратность не удалось. Принятые в начале 1970-х решения прекратить трудовую иммиграцию из-за пределов Общего рынка еще больше ослабили стимулы к возвращению. В это же время промышленный кризис и реструктуризация экономики сделали избыточной значительную часть неквалифицированной рабочей силы. Поскольку гастарбайтеры были, как правило, территориально сегрегированны, создались условия для их массовой и наследственно закрепленной маргинализации. Но коренной проблемой являлось все же не культурное или конфессиональное отчуждение, а изначальная установка на заполнение нижних этажей социально-профессиональной структуры.
Несмотря на это, программы временной миграции в настоящее время широко обсуждаются. Так, например Филиппинам в сотрудничестве со странами Персидского залива и США удалось создать хорошо действующую систему ротации своих граждан на работах за рубежом.
Поощрение возвратной миграции соответствует экономическим и политическим интересам стран СНГ. Это, по существу, означает создание единого рынка труда, для чего имеется множество исторических, экономических и демографических предпосылок. При этом нет необходимости разделять непреодолимой стеной возвратную и переселенческую миграцию - пусть экономика, брачные связи, социокультурная среда и индивидуальный выбор решат, где и на какой срок поселяться людям.
Сергей Иванов, отдел народонаселения ДЭСВ секретариата ООН, Нью-Йорк
Взгляды автора не обязательно отражают точку зрения ООН. Полностью статья будет опубликована в журнале "Россия в глобальной политике".
"КоммерсантЪ"
30 мая 2006
http://www.ryzkov.ru/
