Стратегия долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации в период до 2020 года, известная также как Стратегия-2020, была принята в мае 2008, но уже к 2010 году показала свою несостоятельность и практическую неосуществимость.
При этом если в первый период после принятия Стратегии сомнения в ней высказывали только независимые неправительственные экономисты и политологи, то к 2010 году и среди официальных представителей власти началась критика принятого плана развития. На сегодняшний момент идет разработка нового проекта развития России и пересмотр принятых в Стратегии тезисов.
На мой взгляд, основной ошибкой, допущенной при составлении концепции, стали завышенные ожидания экспертов и заявление кратчайших сроков для реализации программы. Стратегия фактически устанавливала двенадцатилетний план развития, при котором ВВП на душу населения составит более 30 тыс. долларов, производительность труда увеличится в четыре раза, доля инновационной продукции в объеме выпуска возрастет до 25-30% и т.д.
Но не брались во внимание данные по росту за предыдущий период, которые явно показывают, что Россия не готова к подобному рывку. Например, данные за предыдущий десятилетний период показывают, что производительность труда увеличилась примерно в полтора раза. Возникают объективные сомнения в том, что в последующие десять лет удастся повысить ее вчетверо.
Как показатели, так и сроки их достижения явно требуют пересмотра, ведь именно в несоответствии фактических и заявленных данных заложены основания для критики. Это понятно даже с психологической точки зрения: общество будет ожидать конкретных цифр и, видя "отставание" от заданных величин, признает период развития неудачным. При этом он может быть вполне успешным с объективной стороны, если оценивать его относительно предыдущих лет.
Еще один недостаток жестких показателей развития, заданных Стратегией, состоит в том, что они склоняют страну развиваться форсированным, догоняющим и опережающим путем. Был заявлен курс на инновации, модернизацию, качественное усовершенствование российской экономики. Но подобное резкое увеличение показателей выпуска, подразумеваемое Стратегией, явно толкает страну к гонке за цифрами, стремлению к достижению количества, а не качества. А ведь именно внимание к социальному аспекту, качеству жизни граждан, забота о них позволят российской экономике достигнуть более высокого развития не только в рамках одной программы, но и на пути более долгосрочного развития.
В Стратегии заявлена идея создания "умной" экономики, но, тем не менее, главной темой становятся именно цифровые показатели, а не коренное качественное изменение экономического устройства. Упор должен делаться на формирование независимой, социально ориентированной системы, в которой уровень развития определяется по уровню жизни населения, а не валовым показателям.
В предшествующий кризису период российская экономика смогла увеличить темпы развития за счет растущих цен на нефть, но не сумела достигнуть существенного качественного преобразования. Стало очевидно, что опора на потоки "нефтедолларов" тормозит реальное внедрение инновационных технологий; подъем, достигнутый таким способом, характеризуется резким скачком показателей выпуска, но не отражает существенных изменений в экономической системе.
Именно поэтому, на мой взгляд, стоит отойти от четкого планирования будущих данных и обратиться к системному преобразованию социального и экономического сектора страны.
Граждане должны доверять своему государству, видеть и находить в нем реальную опору. Особо важным становится формирование социально-ориентированной экономики, и, думаю, именно этот аспект должен стать основным в новой, скорректированной стратегии развития.
Андрусёва Анастасия
I МО, 6 ак. гр.
Viperson
