В городе Хрюпинске я появился вместе с мамой, как только её выпроводили из роддома. Проорал для приличия, выражая восторг, что являюсь новым Хрюпинцем, и повел маму домой, покачиваясь в люльке. Пролетело каких- то ... десятков лет, и из нашего семейства я остался один. Пришлось становиться хозяином, отчего дома, огородика и остальной мелочёвки.
Качу к нотариусу, а там народ толкается на улице. По лестнице вышагиваю, в тамбур заглядываю. Чистенько, стулья вдоль стен, человеками набитые, да и проход на Красную площадь не тянет.
- Кто последний ?- вопрошаю
- На улице спрашивай,- скорбно кто-то пищит со стульев.
Выкатываюсь назад, и определяют меня к толстой даме.
- А ты откуда?- интересуется она.
- Местный,- вздыхаю.
- Нынче Хрюпинцев не принимают
- А чё делать?
- Завтра приходи, сёдня тут тока сельские.
Через неделю узнал, через полгода можно оформляться. Правда, надо заплатить за справку, что являюсь наследником.
- А почему такой срок?- любопытство наружу прёт.
- А вдруг еще наследники появятся,- говорит хозяйка кабинета, справная, видная.
- Мама с папой вернутся?- обрадовался я.
- Идиот что ли?- весело повела глазами хозяйка.- Иди уж.
Пошел, а самого сомненья гложут. Вроде с того света еще никто не возвращался. Какой дурак от райских яблочек откажется ради Хрюпинска? Это мне уж потом объяснили, власть заботу проявляет, вдруг где ещё наследника черти носят, а как его, горемыку, обделить?
Пролетели полгода, опять встречаюсь с приятной дамочкой. Она враз меня признала и быстро разбоярилась с бумагами
- Через неделю хозяином буду!- ликует нутрё.
- И за полгода не поумнел,- вздохнула хозяйка кабинета.
- А чё? Вон, у меня, четыре листочка бумаги на дом от бати осталось, новые заменят их, и всех делов.
- Иди с Богом,- усталый голос проводил меня за дверь, и я весело полетел по указанному адресу.
Адрес в Хрюпинске самый что ни на есть главный. Только тут вам обскажут, где, как дышит и чем занимается гражданка или гражданин. У кого нужник в правом углу двора, а у кого его нету совсем. Вот и ходит бедолага до ветру так, чтобы его не прищучили работники из этого адреса. Много чего шепотом рассказали мне об этом заведении. Сколько прожил, а не ведал, какой заботой окружен. Оробел я, пятки к заду прилипли. Так раскорякой и ввалился на лестницу. Сперва должен был посетить главную по трубам. Трубадуршей за глаза сородичи адреса кличут. Какими- то газовыми трубами командует. А вот и номерок ейный. Постучал в дверь и сомлел от страха. Тишина, ни звука. Прислонился к стенке, ни жив, ни мёртв. Сейчас, думаю, загребут в камеру, что в соседнем доме расслабляется.
Попал- таки через пару часиков в кабинет, а там баба знакомая, строгая. Всё к сестре своей хаживает, чтобы евонного мужика от пьяного дела уберечь. В соседях у меня, потому и знаю. Сестра то у неё младшенькая, вот и взвалила на себя общественную работу, воюет с охальником. Шустро обсмотрела мои бумаженции и говорит так сердито, будь-то от дела её оторвали государева:
- Это не ко мне, к Верке - Сердючке.
- Чё, и мы сподобились грудастую кралю иметь?- обрадовался я.
-Ничего общего, это мы так называем сотрудницу,- и указывает на нужную дверь.
Иду по коридору, люди туда-сюда шныряют с бумагами. Кто- то кого то зовет, где то смех хрюкающий раздаётся, всё как у людей. А вот и нужная дверь. Попал за нее быстро, не прошло и получаса.
Сердючка посылает к Анке-пулемётчице. С её слов предстоит тащиться в какую- то контору. Бэтэушкой называется.
Опять в коридоре очутился, а там самый что ни на есть, главный катится, словно колобок. Только на Шарика смахивает. Бежит по коридору, раз в кабинет нырнул. Метку поставил, облаял всех присутствующих и в следующий целится. А вокруг тихо стало: ни говора, ни тебе смеха. Работа видно закипела. Чай, день-деньской пекутся о нас, а контроль нужен всегда. Вон, в детском садике группа идет гулять, а рядом воспитатель. В яслях горшки кто доглядывает? Ясно дело, старшие.
Иду, расслабляюсь, мыслишки в голове суетятся. Так и не заметил, лбом уперся в БТИ. Вваливаюсь и чувствую себя мартовским котом на сеновале. Хрюпинки все молоденькие, им бы ещё отсыпаться от игрищ полуношных, а они за столами сопят, бумагами ворочают. На столах телевизоры плоские. В них глазки упулили, на кнопочки давят. Видно, каналы ищут интересные.
- Девоньки,- удочку закидываю,- дельце есть.
- Вы по делу или как?- строго так спрашивает дамочка.
Ну, краля, думаю, ещё в садике надо солнечный круг рисовать, а туда ж.
- Нет,- злюсь.- Интересует суточный привес белых медведей в Центральной Африке. План нужен!
- Тут заведение порядочное, и дела у нас делаются серьёзные. Прежде чем к нам обращаться, следует оплатить наши услуги. Принесёте квитанцию, и через месяц требуемая бумага будет готова.
В Банк, так в банк. Дождался, пока выпишут, что положено, и потяну туда, куда послали.
В банк посылают всех без разбору: и кто получает и кто должен. А деньги считать, это вам не слона за ухом чесать, строгость нужна.
Народ толкается у всех дыр, за которыми работники скрываются от
назойливости. Нырнул в ту, у которой всего- то пару мужиков, да платок деревенский. Мы топчемся с одной стороны, а умная тетя с другой на стульчике страдает. И работа, как и мы, стоит. Телевизор, что в БТИ стоял, и тут торчит, да не работает. Компьютером называется и его заряжают. Долго заряжали. Зарядили. Поехали!
Мужик сунул бумаги и ждет. Может час, может больше. Интересное время быстро летит, не успеваешь уследить. Дальше томимся. Наконец, очередь бабули. Пенсию снимает, божий одуванчик. Я уж две сигареты выкурил, а тут и бумага выплывает из окошечка.
- Бабушка, вот здесь распишитесь.
Бабка без очков, а может в дороге раздавила, взялась за ручку, пишет. Бумажка уплыла обратно в дырку, где её долго изучали. Изучили.
- Неправильно, еще раз.
Так повторяется ещё и ещё. Бабка устала, ноги дрожат, глаза слезятся, вот- вот заплачет.
- Видно же,- моё терпение лопнуло,- человек может последние деньги истратил, чтобы к вам попасть. Устала, по возрасту не соображает, на каком свете мельтешит.
- Закройте рот,- советует зычный голос.- Можете жаловаться.
- Да посадите сюда бабку с колхозного рынка, она вам на пальцах всю арифметику сделает и всё будет в ажуре!- осерчал я и на улицу подался, душу успокоить.
Все же после обеда допустился до окошечка, оплатил квитанции и сдал их по назначению. Мне сразу определили следующий срок свидания, и в назначенный день я стал поджидать меряльщицу квадратных метров.
Аккуратно пришла дамочка. И давай по комнатам с рулеткой бегать.
- За конец держись крепче,- командует гостья.
- За чей?- оглядываюсь по сторонам,- Да вроде и незачем, морда краской заливается.
- За рулетку хватай, а ты чего подумал? А еще среднее, наверное, имеешь!
- Ну, если рулетку, - повеселел я,- Тогда конечно. - Начали метры щупать.
- А зачем опять считать. В старых бумагах всё прописано!- опять глупость наружу полезла.- Дом то не резиновый!
Растолковали мне, что вдруг за то время, когда жили в доме родственники, новые перегородки сотворили без начальства, или еще какую глупость придумали. Да во дворе, какой катух сладили, а это уже серьезный проступок.
- Так ведь мой дом! Делаю для своего удобства!
- Всё равно должен доложить и испросить разрешения,- вразумляют меня. - Что бы что- то построить, сперва разрешение справь, потом план тебе нарисуют. Потом, его в общий включат, постановление о разрешении приложат. Останется только в банке зафиксироваться и всё!
Так за разговорами и пролетело время. Ушла она, а у меня на душе камень завалялся. Оказывается, во дворе неучтенный курятник скрывался. Долго меня ругала учетчица, штрафом грозилась. Ночь не спал, утром всё же сломал его, выровнял земельку. Вроде и не было его. Подошел срок, покатил за планом, а у самого не спокойно, в животе булькает: вдруг, что не так!
Получил план без приключений, а там курятник торчит.
- Я сломал его,- честно признаюсь
- Вас не просили этого делать, простили на первый раз. Если его нет, пишите заявление, оплатите квитанцию, и мы в установленные законом сроки нарисуем новый план вашего земельного участка.
- Опять платить?- глупость так и перла.
- А вы как думаете?
- Ладно, курятник восстановлю.
Дальше дело пошло веселее. С планом к "пулеметчице", от неё в банк. Из него обратно. Она занята, и сегодня не принимает. На следующий день срочный вызов в город, а окромя неё никто не решает эти вопросы. А там выходные, потом праздники. И вообще погода ненастная. И когда всё же заветная бумажка появляется в руках, мало уже соображаю, что делать дальше, для чего и где показывать свою морду. На неё смотрят, потом в руках что- то шелестит, ныряешь в очередь, тебе указывают на место и снова кто- то куда- то посылают. Одним словом, весело и заботливо. У каждой двери тихонечко скулю-матерюсь, да ликую, как обо мне учет ведут. Оказывается, не только дом, печная дверца и та на строгом учёте состоит. Где она находится, для каких целей оказалась в доме, в какую сторону открывается, и кто у неё в соседях числится. Радость распирает душу: вон скока народу проявляют заботу о нас сирых, да убогих! Конечно, тут уж денег не жалко для учёта. По пьяной лавочке забыл, где входная дверь? С окном спутал, пошел к руководству, а тебе и покажут что и как.
Славно я побегал! Наконец осталось только зарегистрироваться, вроде как собранные бумаги принадлежат мне, а не чужому дяде. Я, было, пытался спорить:
- Граждане-товарищи, так ведь там написано- мне выдано, я хозяин, по моему желанию.....
- Это ещё ни о чем не говорит,- вразумляют меня. Это бумаги при тебе будут, а у нас их нет...
- А вам- то зачем?- организм так и ищет истину.
- Много вопросов задаёте. Вот сейчас не приму бумаг и свободен будешь. Видишь, народ томится?
Правда, очередники начали на меня наседать, потихоньку выдавливать из толпы, отодвигать от окошечка. Пришлось закрыть рот и подобреть взором.
Так- то лучше будет,- окошко милостиво приняло моё бумажное подношение. Обозначили время, прихожу. Поднимаюсь на этаж, а там народ один на одном сидят, шепотом переговариваются. Скорбно вздыхают, судьбу поминают. Словно на поминки собрались и ждут приглашения к столу. А вокруг аккуратно, таблички на стенках потеют. Подошел к первой, встал, тут и дрема пристроилась.
- Вам получать или сдавать документы?- выводит из состояния покоя голос над ухом.
- Сдавать,- еще не проснувшимся хрипом ответствую
- Тогда вам другую,- и тычет на дверь.
Вздохнул тяжело, мылюсь, куда показали.
- Куда прешь? - остановил грозный рык бабы, словно богатырь с картинки спрыгнул.- Очередь тута.
- И сколько вас горемык?
- Все, кто сидит.
Потихоньку зверею и нагло ломлюсь в дверь.
- Я же сказала, прием еще не начался.- п.Пищит голос хозяина кабинета.
- Мне только спросить.
- неграмотные или глупые?- голос хоть и устал разговаривая, но твердости не утратил.
-Да тебе если некогда ждать,- за плечами появилась фигура богатырской бабы, зарегистрируйся и тычет в дверь, у которой я хотел сразу пристроиться.
Наконец, она открылась, а за ней опять окошечко. Кто там сидит не видно, но наконец, ручка показалась, и осталось только сунуть документы. Пятерня, словно удав, облапила бумаги и проворно исчезла. Я молчу, и там ни звука. Долго в молчанку играли. Конечно, я первый сдался.
- Дальше то что?
- Прием заявок идет уже на месяц вперед,- наконец откуда- то сверху послышался голос и передо мною опять оказались мои бумажки.
- Мне что делать?- ласково прорычал организм.
- Будете записываться в очередь?
Сколько надо иметь нервов, чтобы работать с такими, как я? Зауважал хозяйку голосочка и вежливо кивнул головой в знак согласия
Жизнь как в песне, то густо, то пусто. Все- таки умаслил я работников конторы походом в банк и скоро получил то, что требовалось.
Много пришлось потереться об стены благодетельских контор. Массу интересного услыхать в свой адрес. И познавательного столько, в жизни бы не знал, что где то люди живут на пальмах и иногда слазают. Даже меня вроде как поселили на ней. Может, зря я правду сказал, что не живу на ней, тогда бумаги сразу сделали бы. Вон по телевизору как с шоколадными людьми целуются, как с родной мамой. В следующий раз морду надо сажей намазать, да ,может пару словечек с вывесок выучиться говорить. Глядишь, за другого примут. Вот тогда домой притащат то, что положено.
Viperson.ru
