Предстоящее 28 сентября неофициальное совещание представителей стран-членов ОПЕК в кулуарах Международного энергетического форума в Алжире имеет шансы стать самой успешной за последнее время попыткой договориться о стабилизации мирового нефтяного рынка. Генеральный секретарь ОПЕК представитель Нигерии Мухаммед Баркиндо уже заявил о возможности достижения соглашения о замораживании добычи нефти сроком до одного года. «Один год, мы смотрим на один год», - пояснил он. Министр энергетики Алжира Нуреддин Бутерфа также считает возможным выработку механизма стабилизации нефтяного рынка. По его оценке, подобное соглашение обеспечит балансировку на рынке как минимум в течение шести месяцев. Предполагается, что рамки «нефтяной сделки» могут быть согласованы уже на совещании в Алжире. После этого возможно проведение дополнительного внеочередного заседания ОПЕК с тем, чтобы подготовить итоговое соглашение к подписанию на официальной встрече картеля 30 ноября в Вене.
Тем не менее, предстоящие дискуссии будут ожесточенными, и пока шансы на достижение искомого соглашения лишь ненамного превышают 50%. Все будет зависеть от конкретного расклада факторов «за» и «против» замораживания нефтедобычи – учитывая, что к настоящему времени даже далеко не все страны-члены ОПЕК согласились принять участие в неформальном совещании в Алжире. Пока в этом смысле с уверенностью можно говорить о Саудовской Аравии, Иране и Ираке. (rbc.ru)
Факторы в пользу заключения соглашения:
Во-первых, соответствующие сигналы (в том числе и России) все более активно подает Саудовская Аравия, являющаяся одним из ключевых игроков на мировом нефтяном рынке. Еще в начале сентября Россия и Саудовская Аравия договорились создать рабочую группу для отслеживания показателей рынка нефти и разработки мер по его стабилизации. Российский министр энергетики Александр Новак тогда же не исключил, что обе страны совместно с другими крупными производителями будут замораживать добычу для поддержания цен на нефть «на уровне июля-августа-сентября». (rbc.ru)
Соответствующие сигналы были озвучены Александром Новаком и министром энергетики, промышленности и минеральных ресурсов Саудовской Аравии Халидом аль-Фалихом и после двусторонней встречи на полях саммита «большой двадцатки» в Ханчжоу. В обнародованном ими совместном заявлении подчеркивалось, что две страны «несут на себе бремя ответственности по производству более 21% от мирового потребления нефти». Министры отметили важность ведущегося между сторонами диалога по текущим изменениям на нефтяном и газовом рынках и признали необходимость сдерживания «избыточной волатильности нефтяного рынка», оказывающей негативное влияние на глобальный экономический рост и стабильность в долгосрочной перспективе. «Россия и Саудовская Аравия являются крупнейшими производителями нефти и странами с крупнейшим и сильнейшим влиянием на отрасль. Наша координация будет иметь критическое значение для обеспечения стабильности на рынке», — заявил российский министр в ходе встречи со своим саудовским коллегой и напомнил, что Москва и Эр-Рияд имеют в своем распоряжении ряд «конкретных инструментов» для совместных действий, в том числе для замораживания добычи нефти. (rbc.ru)
Кроме того, как раз в преддверии нынешнего совещания в Алжире Саудовская Аравия наконец вышла на первое место в мире по добыче нефти, обогнав США. Согласно обнародованному 13 сентября докладу Международного энергетического агентства, это произошло благодаря наращиванию с мая текущего года суточной добычи нефти на 400 тысяч баррелей. В результате в августе добыча нефти в Саудовской Аравии составила 10,6 млн баррелей в сутки. (iea.org)
При этом в США, по данным американского Управления энергетической информации, нефтедобыча за аналогичный период упала до уровня порядка 8,5 млн баррелей в сутки. Учитывая, что отказ Саудовской Аравии в течение последних несколько лет ограничивать нефтедобычу был продиктован желанием увеличить собственную долю на мировом рынке – сегодня можно констатировать достижение данной цели. В связи с этим шансы на заключение оглашения в рамках ОПЕК с точки зрения обеспечения интересов Эр-Рияда объективно возросли.
Во-вторых, за последние месяцы существенно ослаб фактор саудовско-иранского противостояния – в том числе по вопросу о замораживании нефтедобычи. Именно данный фактор фактически сорвал заключение уже подготовленного соглашения по данному вопросу на встрече ОПЕК в Дохе в апреле текущего года. Иранская сторона тогда отказалась присоединяться к нему до тех пор, пока нефтедобыча в стране не выйдет на досанкционный уровень, а саудовская делегация в ответ заявила о невозможности достижения договоренностей без участия Ирана. В настоящее же время объемы добычи нефти в Иране уже вышли на уровень, существовавший до введения против Тегерана международных санкций, и иранская сторона проявляет интерес к достижению договоренностей в Алжире.
В-третьих, в самой Саудовской Аравии и других государствах-членах ОПЕК, а также региона Персидского залива продолжают нарастать кризисные социально-экономические явления, представляющие собой прямое следствие нынешнего уровня мировых цен на нефть – балансирующих в диапазоне 45-50 долларов за баррель. К примеру, бюджет Бахрейна (страна не входит в ОПЕК, но является членом Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива) ранее был сверстан, исходя из цены 120 долларов, Венесуэлы – 110 долларов за баррель. Согласно исследованию МВФ, «нефтяные» экономики большинства стран Персидского залива объективно не могут себе позволить длительное сохранение нынешнего низкого уровня цен на нефть. По данным международных экспертов, в этом случае через пять лет финансовых крах ожидает Бахрейн и Оман. Положение Саудовской Аравии прочнее, но и ей для обеспечения сбалансированного бюджета необходима цена на нефть в 106 долларов за баррель. Объединенные Арабские Эмираты нуждаются в росте нефтяных котировок, по крайней мере, до 73 долларов за баррель. Понятно, что без картельного соглашения страны-члены ОПЕК и их союзники в регионе (Бахрейн и Оман) не смогут обеспечить свои социально-экономические интересы.
В-четвертых, в ряде стран-членов ОПЕК добыча нефти в настоящее время уже приблизилась к максимально возможному в техническом плане уровню, и его замораживание в рамках ОПЕК представляется выгодным с точки зрения национальных интересов. Это относится, в первую очередь, к Ирану, ОАЭ и все той же Саудовской Аравии. (opec.org)
Однако и против достижения соглашения, по крайней мере, в ближайшие месяцы, работают существенные факторы:
Во-первых, это сохраняющиеся серьезные противоречия в рамках нефтяного картеля. Помимо пусть и несколько потерявшего свою остроту саудовско-иранского противостояния в этой связи следует отметить растущую геополитическую конкуренцию Саудовской Аравии и Катара – происходящую в формате не только ОПЕК, но и Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива. На протяжении первой половины текущего года Доха активно выступала в пользу стабилизации нефтяного рынка. Катар еще в начале текущего года присоединился к идее достижения соответствующего соглашения и впоследствии не отказывался от нее, несмотря на изменившуюся саудовскую позицию. (rbc.ru)
Однако сейчас – в условиях определенного «разворота» Саудовской Аравии Катар совершил обратный маневр и демонстрирует прохладное отношение к картельному соглашению. В частности, катарский министр энергетики Мухаммед бен Салех ас-Сада дает понять, что в подобном механизме нет необходимости, поскольку мировой спрос на нефть во второй половине 2016 года объективно будет расти, а снижение цен на «черное золото» носит временный характер. По его словам, «предполагается, что экономики крупных стран-потребителей нефти будут расти, что, в свою очередь, увеличит спрос на нефть в ближайшие кварталы в преддверии зимнего сезона в северном полушарии». «Это ожидания повышенного спроса в третьем и четвертом кварталах 2016 года вместе с сокращением излишков позволяют аналитикам прогнозировать, что нынешний низкий уровень цен носит лишь временный характер и цена будет расти во втором полугодии», - прогнозирует катарский министр. Мухаммед бен Салех ас-Сада убежден, что объемы нефтедобычи действительно сократятся, но без вмешательства ОПЕК, а в силу сокращения инвестиций в энергетическую сферу: «Беспрецедентный спад инвестиций в нефтяные и газовые проекты в 2015 и 2016 годах приведет к сокращению объема запланированных на предстоящие четыре года вложений». (tass.ru)
При этом именно Катар в настоящее время пост председательствует в ОПЕК, - что придаст предстоящим дискуссиям в Алжире дополнительную остроту. Кроме того, экономика Катара, в отличие от саудовской, гораздо лучше приспособлена к низкому уровню мировых цен на нефть. Согласно расчетам экспертов МВФ, для сбалансирования катарского бюджета достаточно чтобы нефть стоила 55 долларов за баррель. Еще лучше позиции у Кувейта – 49 долларов. И в этом отношении обе страны (опять-таки как конкуренты Саудовской Аравии) отнюдь не заинтересованы в немедленном восстановлении высоких нефтяных котировок.
Второй негативный фактор заключается в том, что далеко не все страны-члены ОПЕК удовлетворены нынешним уровнем собственной нефтедобычи и согласны на его перспективное замораживание. Это относится, в первую очередь, к Ливии, Нигерии и Венесуэле, значительное снижение добычи в которых было продиктовано как политическими, так и экономическими факторами. (vestifinance.ru) Согласно имеющейся информации, эти государства попытаются в ходе предстоящих консультаций постараться зафиксировать максимально низкий уровень добычи для всех членов ОПЕК, а в случае неудачи – откажутся соблюдать установленные квоты. И в этом вопросе возможен блок Катара и Нигерии (учитывая тот факт, что действующий глава картеля Мухаммед Баркиндо – нигериец), а также присоединение к нему Анголы.
Именно Луанда в настоящее время проявляет значительную активность на мировом нефтяном рынке – и это третий фактор, работающий против соглашения о замораживании нефтедобычи. Согласно данным ОПЕК, в июле текущего года Ангола стала основным экспортером нефти в Китай, обойдя по данному показателю Саудовскую Аравию. (opec.org).
За указанный месяц поставки ангольской нефти в Поднебесную составили 1,1 млн баррелей в сутки, и по сравнению с июнем увеличились в суточном выражении на 207 тысяч баррелей. Саудовская Аравия в июле экспортировала в Китай 950 тысяч баррелей нефти в сутки. Россия также входит в тройку ведущих экспортеров нефти в Китай. (bloomberg.com)
В подобных условиях нарастающей конкуренции на наиболее перспективном сегодня китайском рынке любые ограничительные меры на уровне ОПЕК могут быть расценены в Саудовской Аравии и Анголе как не отвечающие их национальным геоэкономическим и геополитическим интересам.
В-четвертых – уровень мировой нефтедобычи и соответственно мировых цен на нефть в значительной мере определяется странами, не входящими в ОПЕК. Согласно обнародованному на днях докладу ОПЕК, эксперты этой организации повысили свои оценки прогнозируемого объема добываемой нефти в 2017 году в странах, не входящих в нефтяной картель. В частности, констатируется, что геолого-разведывательные работы в рамках добычи сланцевой нефти в США «более, чем ожидалось», повлияли на цены на сырую нефть. Одновременно снижен прогноз мирового спроса на нефть на 2017 год - до 32,48 миллиона баррелей в сутки, по сравнению предыдущей оценкой в 33,01 миллиона баррелей. В докладе говорится, что «во второй половине 2016 года ожидается рост добычи в странах, не входящих в ОПЕК, по сравнению с первой половиной 2016 года». При этом ожидается, что в 2017 году объем добычи нефти в этих странах вырастет на 200 тысяч баррелей в сутки. В предыдущем прогнозе, наоборот, говорилось о сокращении добычи в 2017 году на 150 тысяч баррелей. Существенный прирост производства нефти ожидается, в частности, в Казахстане (месторождение Кашаган), Норвегии и Великобритании. В сложившейся ситуации ОПЕК вполне может отказаться связывать себя долгосрочными обязательствами в том, что касается ограничения уровня собственной нефтедобычи.
Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук
